—Что-то случилось?—Аня подняла брови.
—Нет, все прекрасно,—Карина уселась на свой чемодан.
—Ладно, дело твое.
—Шоколад любишь?—девочка полезла в рюкзак.
—Я стараюсь ограничивать себя в сахаре...—она посмотрела на протянутую Кариной плитку шоколада. Опасливо оглянулась.
—Ничего же страшного не произойдет... никто ничего не видит...—будто уговаривала она сама себя. —Давай. Т-только один кусочек!
Она съела три.
Так они сидели, разговаривая ни о чем. Новая знакомая оказалась весьма приятной личностью. Она почти в совершенстве владела французским, хорошо знала английский, умела играть на пианино, флейте и скрипке. Её учила мама или приглашённые учителя. Карина же похвастаться своими талантами не могла. На кружки она никогда не ходила, по каким-то причинам не пускали, а хобби у неё никогда долго не держались: Карина начинала злиться, если что-то долго не получалось, а просить помощи в чем-либо она считала низким. Потом сама же на себя злилась из-за этой черты. В итоге к своим тринадцати годам она много чего перепробовала, много чего умела, но результатов, которыми она была бы полностью довольна и хотела бы похвастаться, не было. Скорее всего из-за самокритичности. Или потому, что не получается. Так что, хоть и умея делать многие вещи, Карина не считала ни одно из своих кратковременных хобби достойным упоминания.
Откуда-то сверху раздалось странное гудение. Ученики притихли, задрали головы вверх. Гудение издавали громкоговорители, висящие по всему стадиону.
—Внимание новоприбывшие! Сейчас вас по очереди будут вызывать к себе учителя для распределяющего теста. После того, как вы услышите свое имя, пройдите к выходу, к сопровождающему,—из громкоговорителей раздавался чуть искаженный женский голос. Повисла тишина. Несколько секунд, и вновь раздалось гудение.
—Жуков Андрей, Боттом Майк, Элис Грин, Симонова Анна,...—голос из громкоговорителей диктовал имена. Ученики поднимались со своих мест, брали свои вещи и, беспокойно, а кто-то восторженно оглядываясь на своих друзей и знакомых, шли с сумками и чемоданами на выход. Женский голос назвал еще около двадцати имен. Аня, встала с чемодана и повесила сумку на плечо.
—Что ж, еще увидимся. Удачи,—она помахала ей рукой и пошла к выходу. Карина махнула в ответ. Сколько ей еще сидеть здесь? Время шло, ученики все уходили и уходили. Громкоговорители периодически гудели, после чего голос называл имена. В это время стадион погружался в непривычную для такого количества учащихся тишину, каждый без исключения отвлекался от своих дел, надеясь наконец услышать свое имя.
—Бондарева Евгения, Юджин Харрисон, Криспин Оттом, Лидия Мендес, Арабова Карина,...—Карина сразу проснулась (она впала в полудрему на некоторое время), схватила свои вещи и пошла к выходу со стадиона вместе с остальными приглашенными учениками. Громкоговорители затихли, раздался дружный усталый вздох, после чего воздух вновь заполнил привычный гул. Снаружи новообразованную группу встретила высокая женщина со строгим выражением лица. Серые глаза, прямые волосы пепельного цвета по плечи, белая рубашка, серые брюки и серый длинный плащ. Женщина вся казалась какой-то серой, при этом блеклой не выглядела совсем.
—Не отставайте,—сказала она и пошла по вымощенной камнями дороге вглубь парка-леса. Долго идти не пришлось: всего через несколько минут им открылись четыре огромных замка с многочисленными большими окнами. Каждый находился на небольшой возвышенности, на которых раскинулись сады. Три замка соединены каменными мостами с одним центральным, который был немного меньше своих соседей. Каменные стены опутаны виноградной лозой. За каждым стояли скалы с многочисленными выступами, и если присмотреться, можно было разглядеть на каждом выступе домики. Женщина повела группу к центральному зданию, они поднялись по каменным ступеням в прекрасный сад с ровно подстриженными кустами, деревьями, растущими ровными рядами около дорожек, в отличие от парка внизу. У лавочек маленькие фонтаны и клумбы, статуи встречались реже, были гораздо больше и в лучшем состоянии (по крайней мере Карина не увидела ни одну треснутую). Они вошли в огромные двустворчатые двери. За ним был коридор. На стенах картины, стояла бронзовая статуя совы на большой ветке дерева, прикрепленной у потолка. Ветвь расползалась по всему потолку, на ней висели лампы, освещающие коридор. Послышались быстрые гулкие шаги: в коридор из противоположной двери вошла девушка с зеленым галстуком на шее.