—Как отреагировали?
Ольга глянула на дверь.
—Не принимай близко к сердцу, если вдруг что скажут,—она вновь посмотрела на Карину. —Думаю, со временем примут. Или нет.
—Мы сможем и дальше вместе работать?—Карина отвернулась от наставницы, поправляя крышку бельевой корзины.
—Должны. По уставу должны.
—Если они не смогут?
—Они в любой момент могут прийти в деканат и попросить перевести их в другой отряд.
Карина еще раз покрутила круглую плетеную крышку. Отвечать ничего не стала. Да и что тут ответить? Дав возможность перевестись в другие отряды при желании — они поступили правильно. По правилам. Возражать нечего.
—Не думай, что останешься одна,—сказала Ольга после недолгого молчания. —Посмотрим, как обернется общение, все же за тебя волнуются. Чувства смешанные. И боятся, и волнуются. Тебя им жалко.
—Плохо, что жалко...
—Почему же?
—Я не жалкая.
—Совсем не жалкая. Откуда такое сравнение? Это эмпатия — очень хорошее качество — в особенности для отряда по отношению друг к другу.
—Эмпатия эмпатией, но...—Карина пыталась подобрать слова. —Глупо было надеяться, что по возвращении все вернется на круги своя.
—Глупо, но вполне нормально,—она одновременно со словами наставницы втянула воздух и обернулась к ней. —Если возникнут проблемы — обращайся ко мне.
—Повторили уже десять раз,—проворчала Карина.
—Я не только про проблемы с Теннебрисом.
—С этим уже сама разберусь... Да и Юрий существует для таких проблем.
—Я бы хотела, чтобы ты и ко мне обращалась. Я, персональный наставник, ведь в разы лучше практиканта, на котором висят несколько отрядов, верно?
—Вот уж не знаю,—проговорила Карина, выходя из ванной и направляясь к окну, чтобы открыть его пошире. Душно.
—Ну тебя...—обиженно сказала Ольга, достала из внутреннего кармана джинсовки блокнот и присвистнула, привлекая внимание. —Лови.
Карина повернулась как раз вовремя, чтобы предотвратить удар твердого корешка по голове.
—Ты забыла в ящике стола,—наставница развернулась и направилась к двери. —Помни о моем предложении. До встречи,—она махнула рукой и скрылась за дверью. Карина посмотрела на раскрывшийся в полете блокнот. На помятой странице был нарисован кот со шрамом на глазу.
* * *
Карина все же вышла из комнаты спустя час. Скоро начнется обед. Отряд, который скоро должен выйти, села ждать в беседке. Еще не прогретый апрельский воздух наполнял легкие, вызывая мелкую рябь мурашек на спине. А может это был вовсе не воздух, а долгожданное ощущение свободы. Она рядом со своим отрядом, ее не собираются расстреливать, больше никаких полуночных тренировок до потери сознания, больше никаких запертых дверей. Прекрасно.
Дверь открылась: из домика вышел Макс и, запустив руки в карманы, быстрым шагом направился к калитке. Карина молча прожигала его взглядом. По мере того, как Макс отходил все дальше к выходу, янтарь все больше темнел. Стоит ли сказать что-то первой? Как он отреагирует? Их взгляды встретились, когда Макс закрывал за собой калитку. Янтарь в ее глазах на мгновение засиял, но только на мгновение. Макс замер на секунду, поджал губы. Секунда, две, он опустил глаза, захлопнул калитку и быстро побежал вниз по ступеням.
—Макс, Макс, подожди!—из домика выбежал Дерек, остановился около беседки, впав в короткий ступор, странно улыбнулся, пытаясь деть куда-то водянисто-серые глаза. Маленькие рыбки в них не плескались, как обычно, а как можно быстрее уплывали так глубоко, как только мог позволить водоем. На глубине они искали щелочки в камнях и плотно забивались туда.
—Привет,—поздоровался он, неловко делая несколько шагов назад. —Мы... на обед идем. Ты тоже иди... как есть захочешь...
—Пойду,—Карина закивала, отбивая по деревянной поверхности стола какой-то ритм.
—Вот и сла-авно,—он странно засмеялся. —Я это... К Максу... пойду... да, мне пора, пока!—Дерек подорвался с места и скрылся из виду еще быстрее друга.
—Пока,—Карина откинулась на спинку скамьи. Нехорошо. Если ее сейчас так шугаются — несколько дней, и отряд их заметно поредеет. Навязываться она не будет точно. Не хотят находиться рядом — значит не надо.
—Пойдем вместе?—спросил кто-то сзади. Карина вздрогнула и обернулась. Эйнар, выглядящий чуть более болезненно, чем обычно, не мигая смотрел на нее.
—Давай,—Карина встала. —Чего это ты вдруг?
—Захотел пойти с тобой,—буркнул он. —Нельзя?
—Я такого не говорила.
—Вот и хорошо. Идем.
Карина вышла из беседки, и они такой странной парочкой направились к калитке.
—А остальные?—она резко остановилась и глянула на домик.