—Ну,—Макс уселся на помост под другим крылом и уставился на бурлящую воду. Карина чуть вздрогнула, глянула на него, после вернула себе самообладание и, отклонившись назад, облокотилась на руки.
—Что “ну”?—фыркнула она, наблюдая за тем, как речушка разбивается о камни и старательно подбирая слова.
—Ты позвала меня поговорить. Говори. Желательно быстрее, не трать наше время.
—Повежливее,—осадила его Женя. Карина наклонилась вперед, чтобы увидеть подругу и к удивлению своему и вправду увидела ее, облокотившуюся спиной к клену, и Аню, стоящую рядом.
—Сам-то несся сюда, будто назначила встречу не она, а ты,—продолжала Женя,—пришли минут на десять раньше, а теперь возмущаешься по поводу потраченного времени?
—Молчи!—Макс сверкнул глазами в ее сторону.
—Что было непонятного во фразе “без лишних ушей”?—теперь Карина сверкнула глазами, но уже в сторону Макса.
—Мы для тебя лишние уши?—Женя подняла брови. Зверек в зеленых глазах показал зубы.
—Нет же...—Карина замялась.
—Успокойтесь пожалуйста,—Аня вышла вперед и обратилась к Жене: —Может это что-то личное, о чем она бы не хотела рассказывать нам, это абсолютно нормально,—она повернулась к Максу,—если она попросила поговорить наедине — зачем звал нас?
Макс поджал губы и неуверенно глянул на Карину.
—Ладно, сейчас не важно,—сказала она, решив, что убить сразу даже не двух, а трех зайцев — весьма неплохая идея,—я и с вами хотела поговорить, но позже,—она втянула воздух. Повисла тишина. Женя, с интересом смотря в янтарные глаза Карины, осторожно повела руками, будто говоря “говори, мы слушаем”. А что ей, собственно, говорить? Позвала их всех, точнее, только Макса, но получилось всех троих, здесь, чтобы поговорить, а что она будет вещать в тени клена и безголовой крылатой женщины — Карина так и не продумала. Аня начала беспокойно хмурится, Женя замахала руками активнее. Макс продолжал изучать воду. Доходило до какого-то абсурда.
—Вы боитесь меня, да?—выдала вдруг Карина.
—Нет,—выпалила Женя после непродолжительного молчания.
—Есть неприятные ощущения,—осторожно начала Аня,—но это ничего. Мы же все тут прекрасно понимаем, что ты не отличаешься от себя прошлой, мы просто узнали немного больше о твоей особенности. Тебе тяжко приходится, мы это видим и хотели бы помочь, но помогать тому, кто заведомо от этой помощи убегает — бесполезно. Не закрывайся от нас, пожалуйста, не молчи, мы всегда готовы...
—Макс?—перебила ее Карина. Макс вздрогнул.
—Знаешь... жить по соседству с Теннебрисом как минимум не комфортно.
—Я,—Карина выделяла каждое слово, будто отрубая каждое топором, вставая и сверкая глазами, —не Тенннебрис.
—Но он в тебе есть,—Макс тоже встал, янтарные глаза его засверкали,—ты и нас пойми. Как бы ты себя повела, если бы на твоем месте оказался кто-то из нас? Ты бы не боялась? Ты бы не думала о возможном начале Четвертой Темной Волны, виной которой был бы твой сосед? Не знаю, как ты, а я умирать не хочу раньше времени, у меня, знаешь ли, есть семья и дело, которое нужно успеть закончить до собственной кончины, если брат не справится.
—А я в чем виновата?! Я-то что с этим сделаю..?!—голос сорвался, горло закупорил большой обжигающе-холодный ком.
—Не знаю, что ты с этим сделаешь,—грубо ответил Макс. —Но делай так, чтобы никто другой не умер.
—Я не управляю Теннебрисом, Теннебрис никогда никак себя не проявлял! Я сейчас ничем не отличаюсь от той, что была месяц назад, ничем!
—Знаешь, это как если бы тебе вдруг сказали, что под домом, в котором ты живешь не первый год, заложена взрывчатка, и каждая минута, секунда твоего там нахождения была, есть и будет опасной для жизни, и, возможно, именно сейчас ты проживаешь последние свои мгновения пред тем, как тебя и твой дом разнесет на куски! Но нет,—он громко хлопнул в ладоши и развел руками,—давайте просто примем этот факт и будем жить дальше спокойно , ведь дом-то ничем не отличается от дома, в котором мы жили до того, как узнали о взрывчатке!
—Мне самой убиться..?—хрипло спросила Карина. Макс поджал губы. Перед глазами пелена. Говорить желания нет.
—Мещеряков, скажи честно, тебе сильно утром мячом прилетело по голове?—голос Жени, кажется, впервые за все время, звучал крайне угрожающе.
—Карина,—Аня беспокойно заглянула в потухшие янтарные глаза.
—С ним бесполезно разговаривать,—прошипела, так же с хрипотцой, Карина,—он не вменяемый,—она круто развернулась и пошла прочь.
—Ты мозгами своими пользоваться собираешься?!—кричала позади Женя. —Для чего ты несся сюда?! Сделать ситуацию еще хуже?! Гений, нечего сказать!
—Карина подожди..!—раздался голос Ани.
—Достали!—крикнула Карина напоследок, расправила крылья, с силой оттолкнулась от земли и быстро скрылась из виду.
Она не помнила толком, как добралась до общежития. Вроде как покружила некоторое время над лесом, вымоталась и прилетела на территорию домика, напугав резким своим появлением Хью и Дерека, проигнорировала вопрос близнецов, который даже не разобрала, да и не особо хотела разбирать. Влетела в домик, пробежала в конец коридора и спустя мгновение оказалась у себя в комнате. Машинально поставила чайник, достала упаковку чайных пакетиков и устало плюхнулась на пуфик, уставившись в потолок. Свет источал только горящая на чайнике лампочка и все еще видневшееся из-за горизонта солнце. Бульканье воды действовало успокаивающе. Хотелось зарыдать. Главным образом потому, что Макс сказал вполне логичные вещи. Потому, что слова его в какой-то мере являлись правдой, которую она принимать никак не хотела.
Кто-то несмело постучался в дверь. Карина поморщилась во сне, заворочалась на пуфике и замерла. Стук повторился, более настойчиво. Она приоткрыла глаза, недовольно посмотрела в сторону входной двери и вновь прикрыла глаза. Опять застучали. Кое-как поднялась, поглядела на настенные часы. Двенадцать четырнадцать. Потерла почему-то мокрые щеки, и, гадая, кому она понадобилась в такое время, пошла к двери. Снова застучали, на этот раз громче и дольше.
—Кому делать нечего ночью?—заспанным голосом довольно грубо проговорила Карина, открывая дверь. Макс хрустел пальцами левой руки, глядя на нее своими солнцами. Карина моргнула.
—Можем поговорить?—осторожно спросил он.
—Нет,—она с грохотом захлопнула дверь.
—Эй!—голос Макса стал приглушенным, он забарабанил в дверь. —Пожалуйста!
—Знаешь, после твоих разговоров желание врезать тебе растет в геометрической прогрессии.
—Карина, я разобраться в ситуации хочу!
—Уже разбирались, иди спать,—Карина зевнула. —Переселиться просить у куратора нужно, он в пятьсот семьдесят первом кабинете. Не откажут.
Стук не прекращался и действовал на нервы.
—По голове себе постучи!—крикнула Карина, сверкая янтарем в сторону двери, будто одним этим взглядом готова была разнести ее в щепки.
—Уже постучали!
—Не уйдешь — я тоже постучу!
—Хорошо,—Макс заметно нервничал, что Карину вполне удовлетворяло,—прости меня, пожалуйста, я идиот. Надо было фильтровать речь.
Карина поджала губы. Секунда на размышления, и вот она осторожно поворачивает ручку. Две пары одинаковых янтарных огней уставились друг на друга.
—Ты не идиот,—выдавила она. Макс, ожидающий явно чего-то другого, поднял брови. —Ну, может немного,—помолчав, добавила Карина и потерла переносицу. —Заходи.