—Ладно, проехали,—Карина снова прикрыла глаза, наслаждаясь играющим в волосах уже становившимся влажным ветром. —Он вчера извиняться пришел. Ночью. Сам.
—Серьезно?—Женя подняла брови.
—Вы поговорили? Хорошо все прошло?—Аня беспокойно оглядела довольную Карину.
—Прекрасно. Я лучшего и не желала,—она помолчала, после приоткрыла глаза и посмотрела на Женю. —Удар отменный.
Та заморгала и густо покраснела, зверек в чаще глаз прижался к земле и ползком скрылся в кустах.
—Я говорила быть спокойнее...—пробормотала Аня.
—Не трави душу, а...—Женя изучала потрескавшиеся носки своих ботинок со слезающей краской. —И вообще, я не сильно и случайно...
—Не волнуйся, он не обижается,—попыталась успокоить подругу Карина. —Сказал, подставлять тебя не будет и, если что, это ему мяч в лицо прилетел. Синяк маленький и даже не синий или фиолетовый, а красноватый.
—Успокоила...—сердито буркнула Женя.
—До-о-обр-р-рое утро!—протянул вышедший из домика довольный Макс, махнув сидящим свободной левой рукой, правой он обхватывал за шею не очень довольного Дерека, сзади семенил Хью. —Прекрасный сегодня день, вы не находите?—собирающийся дождь полил одновременно с его словами. Макс пихнул Хью вперед и, таща за собой Дерека и толкая его медлившего брата, поспешил в укрытие беседки.
—Согласна, день превосходный,—довольно сказала Карина, потягиваясь и зевая.
Дерек, почувствовав, что рука друга немного сползла, попытался уйти к лавочке рядом с Аней и Женей, расположенной на противоположной от Карины стороне, но Макс ловко подтянул его к себе за шкирку и, развернув мальчика на девяносто градусов, потащил его вместе с братом к Карине. Еще несколько сильных движений руками, и вот оба Барлоу сидят по обе стороны от нее. Макс пристроился рядом с Дереком, положив ему руку на плечо.
—Согласись, Дерек, прекрасный сегодня день,—сказал он, улыбаясь и, кажется, сильнее, чем нужно, хлопая друга по плечу. Карина подняла брови. Это так он собирается помогать ей с коммуникацией? Впрочем, главное — чтобы работало, хотя такими методами заставлять кого-либо привыкать к кому-нибудь навряд ли очень уж хорошая идея... Макс, судя по его улыбке и светящимся янтарным глазам, думал как раз наоборот.
—Прекрасный, прекрасный,—недовольно заныл Дерек,—только не бей!
—Что, собственно, происходит?—несмело спросил Хью, осторожно отодвигаясь подальше от Карининых крыльев.
—Ничего не происходит,—сказал Макс, все еще улыбался,—мы всем отрядом, как и полагается хорошим отрядам, скоро вместе и дружно пойдем на завтрак.
—Так,—Карине надоело наблюдать за этим цирком, она выпрямилась и громко хлопнула себя по коленям, так что все, кроме, кажется, Ани и Макса, вздрогнули. —Всем слушать внимательно. Я не знаю, что вы себе напридумывали насчет Теннебриса и меня, но я в любом случае хочу пресечь все эти доводы на корню. Теннебрис не может ничего сделать из-за того, что мое тело не приспособлено для магии такой силы даже при том, что выдерживает нагрузки гораздо более сильные, чем среднестатистический Магрис, поэтому она не может выйти за границы моего желания и моих возможностей. Если Теннебрис решит выйти из-под контроля — умру я, а это смертельно и для нее,—громко и четко выдала Карина и, скрестив руки и прикрыв глаза, откинулась на спинку лавочки, хмуря брови. Повисла напряженная тишина.
—Мы поняли...—тихо проговорил Хью, изучая свои коленки.
—Спасибо,—буркнула Карина.
—Знаете, я голодный,—прервал напряженную атмосферу Макс. —Предлагаю не ссориться и не ругаться, а подумать о завтраке. Сейчас худощавого дождемся и пойдем...
—Надеюсь, мне послышалось,—холодно отрезал вышедший Эйнар. Волосы его намокли от уже кончающегося дождя, но в беседку он не спешил. Осмотрел своими синими глазами притихшую компанию и задержал взгляд на Карине. Нахмурился чуть сильнее. Зазвенело в ушах, она поморщилась.
—Наконец-то,—Макс поднялся на ноги и оглядел компанию,—идем, а то я помру с голоду.
—Мы что, идем вместе?—Эйнар продолжал сверлить глазами Карину. Та потерла виски.
—Что-то не устраивает?—Макс поднял брови и, сунув руки в карманы, твердой походкой вышел к нему из беседки. Эйнар поджал губы и заметно напрягся, но назад не сделал и шагу и глаза от Карины не отвел.
—Не тебя спрашиваю. Карина,—холодно и напряженно сказал он, сильнее хмуря брови,—повторю вопрос: мы серьезно идем вместе с ними?
Макс, хмурясь и сверкая глазами, проследил за его взглядом, после встал напротив Эйнара. Тот тут же опустил глаза.
—Да. Мы идем все вместе, всем отрядом. Карина согласна.
Эйнар на секунду поднял глаза, поймал зрительный контакт со сверкающими янтарными и тут же их опустил.
—Что плохого в том, что отношения налаживаться начинают?—Карину вдруг отпустило неприятное ощущение, она поднялась, вышла из беседки и встала рядом с Максом.
—Все прекрасно,—так же холодно отрезал Эйнар, рассматривая каменную дорожку,—с чего ты взяла, что я не доволен?—он растолкал обоих в стороны и поспешил к калитке. —Чего смотрите? Кто ныл о том, что голодный?
Все напряженно переглянулись. Карина глянула на Макса.
—У тебя кровь,—она чуть нахмурилась, глядя на алую полосу под носом друга, постепенно спускающуюся на губу. Макс провел большим пальцем по губному желобку и с удивлением посмотрел на красное пятнышко.
—К слову,—он кивнул на Карину,—у тебя тоже начинает. Не сильно.
Кровь остановили быстро. Несмотря на решение идти всем отрядом, Эйнар, пока все ждали останавливающих носовое кровотечение, успел незаметно покинуть территорию и уйти на завтрак один. Обнаружили его в столовой, за излюбленным отрядом столиком. На вопросы, почему вдруг решил уйти один и что с ним творится сегодня — Эйнар предпочел не давать точных ответов. Промямлил что-то про плохое самочувствие, после чего его оставили в покое, главным образом потому, что метрономы одновременно и одинаково отклонились в сторону и в зале наступила тишина. Аня, как только моральные принципы, усвоенные чуть не с молоком матери, позволили ученикам двигаться и разговаривать, то есть по истечении минуты, посоветовала сходить к медсестре, но что-то им всем подсказывало, что он и не думает туда идти.