—Чем докажете?
—Ты меня не узнаешь? Не ударялась?
—Поверьте, ударялась, но это не отменяет того факта, что я видела тварей, о способностях которых толком ничего не знаю...
Ольга беспокойно глядела в грязное лицо, в обезумевшие глаза.
—У меня на лодыжке шрам от зубов горностая,—медленно проговорила она, после недолгого молчания. —После проверки, на которой мне сообщили о твоей возможной виновности, я начала иногда называть тебя горностаем.
Карина сверлила ее глазами. Дрогнувшую руку не опускала. Брови еще сильнее нахмурились. Ольга, уже подавшаяся вперед для шага, замерла на месте и поджала губы.
—А еще я рисую барашек, как облачка,—добавила она.
Карина еще секунду изучала ее ожидающее лицо, после расслабила руки. Они, как веревки, болтались по бокам. Наставница подлетела к ней, встряхнула, ощупала руки, голову, крылья, раскрыла глаза, изучая глазные яблоки...
—Как чувствуешь себя?
—Только что я сбежала от двух Теннебрисов, один из которых, по совместительству Эйнар, пытался меня убить через ритуал для извлечения верховного Теннебриса, но каким-то чудом мне удалось сбить его с чтения заклинания, поэтому ничего у него не вышло...—прошипела Карина. Вновь нахлынули слезы.
—Успокойся... в какой стороне они остались?
Карина махнула рукой.
—Столб с каменной платформой примерно там. Не ошибетесь, я там опять деревья переломала.
—Опять?—Ольга подняла брови. —Теннебрис себя проявил?—она тряхнула головой и махнула рукой. —Потом все расскажешь.
Карина поджала губы и потерла виски. Ольга постучала по своему браслету и приложила руку к наушнику.
—Нашла в семьдесят четвертом квадрате. Внешне в порядке. От квадрата на север, в той стороне остались двое Теннебрисов... Пойду я туда, хватит орать! Пришлите кого за ней, я ее не оставлю...
Карина будто опять упала в воду. Все куда-то плыло, в ушах свист, голоса, далекие и приглушенные, доносились до нее будто с отрывом. Она смутно помнила, как пришел Юрий, как он что-то спрашивал у нее и Ольги, как они вместе шли в сторону лифтов... Пришла в себя она только во время самого подъема.
—Как пропажу заметили?—спросила Карина, потирая виски. Юрий вздрогнул.
—Язык зашевелился, наконец-то!—он облегченно вздохнул. —Если коротко, отряд вдруг запаниковал. Точнее, сначала Женя. Носилась от учителя к учителю, кричала, что ты ушла и тебя нет долго... Понятное дело, никто всерьез не воспринимал ее слова. Она остальным из отряда все рассказала. Все пятеро словно вдруг очнулись, не знаю, как описать точнее. Дерека с Хью, Макса и Женю, понятное дело, не особо слушали, но вот с Аней такое уже не сработает. Выделили кого-то из моих однокурсников, отправили искать, только чтобы отвязались. Ольгу по пути встретили, она, с ее слов, что-то неладное почуяла. Уж не знаю, что у таких, как вы, за радар внутри, но нашла она тот самый склад уже через пятнадцать минут. Проанализировали энергетический материал оставленный в воздухе, поняли, что характер магии подходит под критерии Теннебриса...
—А раньше проанализировать нельзя было?—сердито проговорила Карина. —Вовремя вы, конечно. Могли бы вообще не приходить, я б на лифте сама поднялась...
—Так, Арабова,—Юрий нахмурился и хотел было что-то сказать, но, глубоко вдохнув, успокоился. —Послушай, я понимаю, что ты пережила некоторое потрясение...
—Я пережила встречу с ДВУМЯ ВЕРХОВНЫМИ СУЩЕСТВАМИ!—она треснула кулаками по перилам и подняла сверкающие глаза на Юрия.
—Я знаю!—крикнул он в ответ. —Карина, я знаю!—он отвернулся, закрыл глаза и еще раз медленно вдохнул, снимая очки, и только после этого вновь повернулся к ней. —Эйнар на территории школы никогда не использовал свою истинную энергию в открытую.
—Он говорил про контроль сознания, который держал весь учебный год.
—Это не открытый вариант использования. Его обнаружить труднее. К тому же, как я понимаю, он именно с помощью этого контроля отгонял абсолютно все подозрения от себя.
Карина отвернулась, опустив голову на удаляющуюся землю. Пальцы забарабанили по перилам.
—Вы правы. Извините за... за то что кричу.
—Тебе простительно...—пробормотал Вьен. —До сих пор в голове не укладывается все. Тихий мальчик... А ведь я ему во время одной из тренировок прописал подзатыльник...
—В тихом омуте черти водятся,—фыркнула Карина. —А лучше бы захлебнулись...
—Я подозревал, что он совсем не так прост, как кажется. Все ждал, когда он проявит себя сам, или хотя бы покажет существование крючка, за который я могу вытянуть из него что-то, но ничего. Так и оставался для меня запечатанной коробкой. А оказывается вот в чем дело...
—Он нас напрягать под конец года начал. Точнее, мне он всегда казался каким-то странным, но на глаза он особо не попадался, так что не думала об этом... А если и начинали что-то насчет него подозревать — так мысль не шла далеко.
Они замолчали. С минуту слушали шум лифта. Остров все приближался.
—Расскажешь, что там случилось?—Юрий покосился на Карину, опущенный профиль которой закрывали спутанные кудрявые волосы, почти высохшие от пота.
—Сейчас?—она смотрела на падающие вниз крупные капли крови. —Сейчас, похоже, нет,—гул в ушах резко усилился, колени подкосились, и она отключилась. Вошла в странное состояние полуобморока. Карина слышала, как наставник ее зовет, чувствовала удары по щекам, как они приехали, как ее куда-то тащили, беспокойно переговариваясь. Сейчас ей стало по-настоящему хорошо. Никто не донимает с вопросами, никто не дергает ее в ожидании ответов. Положили на что-то мягкое, вероятнее всего на больничную койку, поставили капельницу, подключили к мерно пикающему прибору. Женщина-врач выгнала всех из палаты, сказав, что Карине нужен покой... Покой ей и вправду нужен. В себя она пришла быстро. Оглядела белую палату, катетер, пакет с прозрачной жидкостью. Встретилась взглядом с вошедшей медсестрой и, как только та метнулась было к выходу, сделала жалобные глаза и медленно замотала головой. Она замерла на месте, разглядывая ее, будто экспонат в музее. Карина глубоко вздохнула и, еще раз мотнув головой медсестре, прикрыла глаза. Сон накрыл ее моментально.