—От телепортов не должно уже мутить...—Хью сложил руки и посмотрел на брата. Дерек нахмурился, отодвинул в сторону Макса и вновь забарабанил в дверь. Женя, только подошедшая к двери, вздрогнула и вернулась к стоящей у окна Карине.
—Подъем, подъем!—закричал Дерек.
—Если не ответит — придется дверь выносить,—Макс принялся так же барабанить двумя руками. Карина хмуро перевела взгляд с двери на Женю. Та пожала плечами.
—Эти шутки про вынос двери становятся все более реальными,—Карина вздохнула. Всеобщее внимание привлек щелчок замка из комнаты Эйнара.
—Да ладно!—воскликнул Дерек и упер руки в бока. Эйнар недовольно оглядел присутствующих и вышел в коридор. Он оказался очень высоким для тринадцатилетки, выше их всех на полторы головы точно.
—С ума сошли?—буркнул он. —Чего так шуметь?
—И года не прошло,—Макс скрестил руки на груди.
—Ты в порядке?—поинтересовалась Аня. —Мы думали...
—Зачем ломились? Чего вам?—перебил Эйнар, оглядывая всех сверху вниз и останавливая взгляд синих глаз на Карине. Та, только собиравшаяся сказать что-то на его грубость отряду, закрыла рот, поджав губы, и приняла прежнее положение, облокотившись спиной на подоконник. Эйнар отвернулся.
—Так... есть пора,—Хью сделал шаг назад.
Вскоре все семеро уже шли по каменному мосту в сторону Юго-западного, так называется замок Элементоров, здания. Идти за вороном было довольно... Странно. Отряд молча наблюдал за большой черной птицей, перелетающей с места на место, постоянно на них оборачиваясь. На мосту и в школьном саду так же шло множество отрядов, сопровождаемых воронами. Лица притихших первокурсников были примерно одинаковыми.
—Здесь я вас оставлю,—сказала птица, отряд дружно вздрогнул,—идите в замок через главный вход и поверните направо. Там возьмете талоны на еду, после можете проходить в столовую.
Ворон взмахнул черными крыльями и скрылся из виду. Карина втянула воздух. Слишком много незнакомых людей. Она прошла ближе к Ане. Поток затянул их в замок. Внутри его рассмотреть хорошенько не получилось, мешала толпа первогодок. Карина лишь смогла отметить красивые витражные окна и несколько скульптур со скрытыми, казалось, невесомой тканью лицами. В руках, которые мраморная ткань не покрывала, они держали крупные светящиеся шары.
—Схватитесь друг за друга,—сказала Аня,— чтобы не потеряться,—она взяла Карину, засмотревшуюся на статуи, за руку.
—Я в состоянии идти самостояте...—за другую руку ее схватил черноволосый паренек. Карина попыталась осторожно высвободить руку, но увидев его пустые синие глаза, оставила попытки и молча позволила протащить себя через большие двери. Перед входом в столовую, по периметру, стояли немного потертые автоматы. Стойка с маленьким длинным экранчиком и множеством кнопок. “Введите код” гласила надпись на автомате. Код присваивается каждому Магрису при рождении и заучивается с ранних лет. Его используют как паспортные данные. В архиве Правительства под этим кодом хранится практически вся информация о его владельце: дата рождения, место жительства, все походы к врачу, семейное положение, количество переездов, если они были, успеваемость в каждом классе... Вплоть до отношений с другими людьми и испытываемых к ним чувств. О Карине Правительству известно немного меньше, чем об остальных. Таких “подкидышей”, которые появляются в детских домах без специальных бумаг и ведома министерства, очень мало, так как скрыть факт рождения ребенка и передачу его детскому дому крайне трудно: даже в случае отказа от ребенка, в архивах Министерства сохраняются все данные о его родословной. А единственное, что оставили ей родители — маленькую бумажку с датой рождения и именем. На этом все. Впрочем, саму Карину они мало волновали. Раз уж решили избавиться — их дело.
Немного простояв в очереди (благо, автоматов много и никто рядом с ними на долго не задерживался), Карина ввела “72956663 А1 КА”, автомат зажужжал и из него вылезла маленькая бумажка с номером 4. Ниже написана дата и год. В столовой оказалось несколько этажей. На первом пять стоек, где выдавали еду. Пункты выдачи пронумерованы от одного до пяти, здесь группе пришлось разойтись, каждый направился по своему талончику. Принимали по четыре ученика за раз, но очередь от этого маленькой не была. Карина начинала злиться. Уйти в общежитие уже хотелось больше, чем есть. Окружающие будто давят со всех сторон, громкий шум голосов и ударяющихся друг о друга посуды били по ушам. Она устала, сильно устала. Невыносимо хотелось спать.
—Как я не люблю эти очереди...—пробубнил Макс.
—Ага,—сердито пробурчала Карина себе под нос.