—Арабова, осталась суббота и все. Для таких, как ты, выделили еще воскресенье, но на него не рассчитывай. Либо получается сейчас, либо...—что “либо” он не придумал, развернулся и пошел к другому ряду. —И это воин... —еле слышно бормотал синьор Лопес второму учителю. —Если так дальше пойдет, на очаге ее прихлопнут сразу...
—Это все еще ребенок. И это все еще первая неделя.
—Ребенок...—он фыркнул. —Это не ребенок...—дальнейшие слова разобрать не удалось, да и самой Карине слышать их не хотелось. Она кусала губу и хмурилась. Карина уже не ребенок. Они все здесь уже не дети. “И это воин”... Вдруг она и вправду бесполезна? В голове мелькнули все мысли и желания о будущем, которые она тщательно скрывала, о своей нужности, важности, полезности обществу. Все перечеркнула толстая красная полоса.
Макс глянул на Карину, на учителя и тут же отвернулся.
—Может ингис не твой элемент,—он пожал плечами.
—Будто у него всегда все получалось... Будто я не беспокоюсь из-за всей этой ситуации,—зашипела Карина, вдруг разозлившаяся на себя, учителя, этот класс.
—Завтра и послезавтра еще дни занятий будут, может получится,—он чуть сузил глаза, глядя на свечу, —погоди-ка...—Макс поджал губы. Кончики двух вытянутых в сторону свечи пальцев, слабо засветились рыжеватым цветом. Мгновение, в свечу прилетел крупный огненный шар. Оба вздрогнули, Макс резко втянул воздух и отдернул руку, тряся ей.
—Мещеряков Максим, —синьор Лопес довольно улыбнулся и подошел ближе к их ряду,—молодец. Советую тренироваться выпускать энергию по чуть-чуть, шары будешь создавать позже,—он перевел взгляд на Карину, хотел было что-то сказать, но вместо этого несколько секунд смотрел в сверкающие глаза, после ушел.
—Сильно обжегся?—спросила она, с завистью глядя на зажженную им свечу.
—Нет,—Макс дул на пальцы.
—Теперь на занятия ходить будем только я и Дерек,—Карина вздохнула.
—Если он не открыл второй элемент на другом практическом занятии, пока мы тут возимся.
—Вы оба,—их прервал громкий голос синьора Лопеса,—замолчите. Арабова, отстань от Мещерякова. У него, в отличие от тебя, хоть потенциал есть,—он судорожно вздохнул и поджал губы. Второй учитель осторожно положил ему руку на плечо и отвел в сторону, что-то говоря.
Занятие закончилось. Карина схватила сумку и, как пуля, вылетела из аудитории, кажется, налетев на кого-то по пути. На этом занятии тоже ничего не вышло. Может из-за того, что она вспылила и ни на чем концентрироваться не могла, а может ингис и вправду не ее элемент.
—Не парься, завтра еще раз попробуешь,—Макс выглядел вполне довольным собой.
—Ага,—сердито пробурчала Карина,—буду сидеть весь день с маленькой группкой таких же неудачников, как я, выслушивая недовольное бормотание учителей.
—Они волнуются из-за таких случаев.
—Я понимаю, что волнуются. Но их бормотание и замечания действуют на нервы. Будто после этого я пойму, как в этой магии что работает и выдам им фееричный результат, а судя по ним, именно такой результат от меня по каким-то причинам ждут.
—Не преувеличивай. Результат ждут ото всех, не только от тебя.
—Ты их глаза не видел. Там буквально так и написано. После того, как у кого-то получается что-то мощное, их сначала хвалят, а потом с такой тоской и ожиданием пялятся на меня, будто я должна сделать что-то еще более грандиозное,—Карина с силой пнула попавшийся под ноги камень.
—Если они и вправду что-то ожидают, значит, на это есть причины,—ответил Макс. —Это ведь хорошо.
Карина промычала что-то неопределенное. Стало страшно. И страх этот усиливался с каждой секундой, с каждой мыслью о том, что не такая уж она и способная. Хотя, в ее случае, можно употребить и определение “особенная”. Карина находилась как раз на той стадии подросткового возраста, когда ребенок, стремительно взрослея, начинает задумываться над тем, зачем он вообще есть. В отличие от людей, у Магрисов было определенное назначение, поэтому почти все мысли вертелись как раз вокруг этого назначения.
На ужине выяснилось, что Дереку удалось-таки вырастить из семян, предоставленных на занятии, что-то на подобии растения. Но выглядело оно настолько плачевно, что Женя мягко, но настойчиво попросила того осваивать новый элемент не на территории их домика. Впрочем, Дерек был только рад такому положению дел. Не хватало еще в садоводы записаться. Карина с тоской поглядывала на товарища и лежащее на салфетке семечко, которое Дерек стащил из кабинета, дабы показать отряду плоды своих стараний, с торчащим из него уродливым зеленым стеблем неравномерной толщины и с цветком, вросшим частично желтовато-зелеными лепестками в пупырчатую часть стебля. За товарища она, конечно, порадовалась, но перспектива идти на занятия в одиночку ей не понравилась.