—Они так и останутся серыми, или окрас позже сменят?—спросила Аня.
—Останутся,—довольно ответила Женя, вертясь перед зеркалом,—может только на концах потемнее будут, но это не точно.
—Тебе пойдут,—Карина немного отклонилась назад, осматривая подругу.
—Проблема в том, что половину одежды перешивать придется,—она вздохнула,— у врачей мне, конечно, выдали персональный комплект специальной одежды, но не буду же я все время только в нем и ходить.
—Эй! Мы так на лекцию опоздаем,—в дверь забарабанил Макс,—вы долго там возиться собираетесь?
—Идем,—Женя накинула рубашку. На спине у нее два длинных отверстия для крыльев. Недолго повозившись с пуговицами и затяжками, они наконец вышли. Серые крылья с рубашкой смотрелись будто бы меньше. Пробежавшись до замка, они замедлили темп только на третьем этаже, проходя мимо профессора Лорети, метнувшего на них грозный взгляд. Дождавшись, когда тот свернет в другой коридор, рванули дальше. В аудиторию влетели ровно со звоном колокола.
—Мисс Ривс,—немного запыхавшись, сказала Аня,—извините.
—Занимайте места,—она поправляла плакаты-рулоны, висевшие на доске. Худая, невысокая женщина с холодными голубыми глазами и мягким, приятным голосом. Темно-русые волосы собраны сзади крабиком. Компания поспешила занять свой ряд.
—И так,—мисс Ривс повернулась лицом к собравшимся,—если кто-то еще не знает, я Элинор Ривс, преподаватель магического природоведения, курса Туманностей. Моя задача — подготовить вас к предстоящей практике, чтобы вы все показали наилучшие результаты. Наши лекции будут построены на изучении повадок, слепых зон, сильных и слабых сторон основного противника, а также причины их появления. Начнем с простого, что же такое Туманности,—она довольно быстро и аккуратно нарисовала очертания человека, внутри которого находился большой белый круг. Рука Ани взметнулась было вверх, но учительница в тот день задавать вопросы и слушать ответы на них не собиралась.
—Симонова,—мисс Ривс повернулась к девочке и замялась,—прошу прощения... сегодня говорю только я... Рада, что вы уже что-то знаете, хвалю. Я в вас и не сомневалась...—Аня чуть порозовела. Вся группа одновременно повернулась к ней.
—Всем молчать и слушать меня,—голос мисс Ривс вдруг изменился. —Как вы уже знаете, в каждом живом существе имеется душа — энергия, невероятная кладезь магических частиц. Чистейшее в любом существе. Что же происходит, когда человек идет, скажем, на убийство,—она перечеркнула рисунок,—его внутреннее содержимое отравляется. Каждый раз, переступая через нормы морали, мы губим душу. И чем дальше — тем хуже,—мисс Ривс перечеркнула рисунок еще несколько раз,—пока не дойдет до пика. Душа становится настолько ничтожной, что при смерти ее носителя не может отправиться в мир иной. Обременяемая всей той чернотой, накопившейся в ней за все время жизни, она вскоре обретает тело, становится материальной. Вокруг нее образуется энергетическая оболочка, которая через несколько дней становится плотной. Появляется Туманность, трех- или четырехметровое существо. Живыми существами они не являются, несмотря на наличие некой души, способности передвигаться, питаться и даже эволюционировать. Не имея рассудка, возможности умереть, закончив свои муки, при этом страдая от вечного непереносимого голода, единственное, что может успокоить на время вечные терзания — кровь или плоть другого живого существа. От голода они умереть не могут, им и пища не нужна. У Туманностей есть лишь позыв, страстное желание насытится,—она стерла с доски рисунок, после развернула первый рулон. —Туманности делят на три типа. Первый тип,—она указала на плакат с изображением черной дымки,—считается самым безобидным. Он виден людям, в отличие от остальных двух, в виде темного плавающего тумана, но это вовсе не значит, что угрозы он не представляет. Часто можно встретить на местах катастроф, где много жертв, также на полях сражения после того, как все немного успокоилось, гораздо реже в моргах или на кладбищах. Они не любят суету и шум, но это вовсе не значит, что они не выжмут все возможные соки из того, кто попадется им в момент безумного голода, где бы он ни был. Действуют весьма просто — зависают над жертвой, вводят в некий транс, после обвиваются вокруг ее тела, душат и испаряют кровь, потребляя ее. Высасывают, можно сказать. Если жертва сопротивляется — увеличивает свою плотность, сдавливая будущий перекус и ломая ему кости. Несмотря на то, что выглядит как дымка, тело у этого существа имеется,—мисс Ривс обвела указкой самую темную непрозрачную часть Туманности на плакате,—бить нужно сюда. Отлично работают ингис, фулгур и аква. С остальными элементами придется повозиться, чтобы обезвредить данный тип. Второй тип,—она раскрутила второй плакат. Этот тип Туманности совсем не походил на предыдущий. Черный торс с очертаниями небольшой головы, из которого торчали длинные тонкие острые ленты. Лица нет — голова просто будто обтянута сверху черной кожей. Вместо глаз впадины, вместо носа — небольшой горбик. Существо окутано черной дымкой, но не такой густой, как у первого типа. —Как вы можете видеть, у этого типа более выраженное тело. Оно гораздо опаснее первого типа за счет более быстрого передвижения, но подниматься так же высоко уже не может. Черные ленты могут без особых усилий порвать кожу и перерубить кость. Способность испарять кровь у него осталась, но не на столько развитая, как у первого типа. Питается не только высосанной кровью, но и плотью полакомиться не прочь. Рот у него в центре внизу, между лентами, в месте их прикрепления к торсу. Более агрессивное существо с развитыми органами слуха. Кожа его способна улавливать малейшие колебания воздуха или звуковых волн, она светочувствительна, так что бежать от него бесполезно, все равно услышит. Против него хороши все элементы. Голова — слабое место, ленты лучше не трогайте — они безумно крепкие и как-либо повредить их может не каждый солдат на очаге, вы уж тем более. Третий тип,—она развернула третий рулон. Туманность уже не имела лент, они преобразовались в ноги. Те, что прикреплены к предполагаемым плечам, гораздо длиннее задних. На спине собраны несколько пар более тонких, но более острых ножек. Черное существо походило на паука. Рот на этот раз имелся: огромный, от предполагаемого местоположения уха до другого уха. Из него торчали два длинных серых языка.