—Я устал,—заявил Дерек, откинулся на спину и тут же вскрикнул, ударившись затылком о ствол дерева. —Сколько мы уже шатаемся по тайге-е-е?—протянул он, потирая ушибленную голову.
—Не ной,—Аня терла виски,—все устали. А ходим мы уже часа три...
—Давайте уйдем в другое место,—Эйнар нервно поглядывал на связанную туманность,—пожалуйста.
—Это тебя чем не устраивает?—раздался немного приглушенный сугробом, лицом в котором лежала Женя, голос. —Сугробы мягкие, рядом пойманная животина, красота...
—Я не хочу сидеть рядом с этим,—Карина встала и, покачнувшись, схватилась за ветку ближайшего дерева. —Уходим отсюда.
Эйнар тут же вскочил на ноги, будто вовсе не устал. Остальные спорить не стали. Встали и направились дальше, еле волоча ноги. Минут через двадцать Женя остановилась и плавно опустилась на землю.
—Народ, мы достаточно отошли, давайте передохнем.
Возражать не стали. Молча расселись на земле. Женя тут же пристроилась к плечу Хью. Глаза слипались. Ощущение такое, будто случись сейчас что, они не встанут. Сил не хватит. Макс простукивал трясущиеся ноги и руки. Карина откинулась на спину и скрестила руки на груди. Янтарные глаза рассматривали верхушки деревьев. Растрепавшиеся волосы намокли от снега. Но холодно не было. Особенность организма Магриса. Он лучше переносит низкую температуру, а также физические нагрузки. Человек бы на их месте свалился более часа назад.
—Интересно, куда Юрия вызвали,—Карина вздохнула.
—Скорее всего, что-то серьезное,—сказала Аня. —Меня больше волнует, прислали ли замену...
—Думаю, прислали. Должны были,—Дерек зевнул. Треск где-то поблизости заставил его обернуться. Ничего не видно. Громкое шипение.
—Только не опять...—Женя вскочила на ноги, из ее носа тут же хлынула кровь. Шипение становилось громче. Остальные повскакивали со своих мест, Макс покачнулся и прижал руки к голове, зажмурив глаза. Карина поморщилась: в ушах громко зазвенело. Пульсирующая нарастающая боль в голове. Она, поджав губы, вглядывалась вглубь леса. Промелькнуло что-то черное. Только не опять. Не сейчас. Сейчас они ничего не смогут сделать. Сил нет. Совсем нет. Только не сейчас... Туманность срубила черной лентой маленькую елочку. Дерек схватил стоящую рядом Аню, оба рванули подальше от существа. Отряд просто смотрел. Молча стоял и смотрел. Попытки обезвредить туманность не увенчаются успехом, только еще больше разозлят голодное существо. Бежать так же нет сил и возможности. Далеко по сугробам, уставшие, они не убегут. В памяти всплыла картинка: вернувшиеся раньше времени первокурсники и их окровавленные товарищи на носилках. Второе такое возвращение никому не нужно. В особенности им самим. Как же все болит... Карина вытянула руку. Плевать уже на боль, на усталость, она хочет жить. В глазах темнеет, туманность еле видно... Пусть ее руку хоть разорвет, плевать. Карина сложила руку пистолетом, прицелилась. Они сегодня не вернутся раньше положенного. Ну уж нет. Треск, молния ударила туманности в голову. Извиваясь, будто змея, она связывала руку Карины и шипевшее существо. Секунда, три, десять, двадцать. Больно, больно, больно, больно, БОЛЬНО. Ощущение, будто кости в правой руке начали разом ломаться. Вены надулись, вот-вот разорвут кожу и лопнут сами. В глазах потемнело окончательно, только две ярко-синие точки, будто чьи-то глаза смотрели прямо в душу. Контакт все не рвался. Она разве может такое вытворять? Кто-то схватил ее за плечо, громко и отчаянно позвал. Карина покачнулась, молния исчезла. Тихо. Будто ее бросили в воду. Только сердце бьется, сначала быстро-быстро, потом медленнее, постепенно возвращаясь к нормальному ритму. Тук-тук. Тук-тук. Тук-тук...
* * *
Она лежит на чем-то твердом. Холодном. Резко открыла глаза. Вокруг густой туман. Карина вскочила на ноги. Место, где она оказалась, уходило в черное пространство, далеко-далеко вверх и в стороны. Только зеркальный пол ограничивал это пространство, отражая туман и ее саму. Янтарные глаза, как два огня, мерцали в темном отражении. Крыльев нет. Опять странный сон? Только сейчас он выглядит по-другому. Совсем по-другому... Гулкие шаги. Карина резко оторвала взгляд от своего отражения. Из-за тумана ничего не видно. Она поджала губы. Ближе, ближе... Дымка чуть колыхнулась, вышла темная фигура. Девушка какого-то неопределенного возраста, между семнадцатью и двадцатью пятью годами... Длинные черные, как смоль, густые прямые волосы, доходящие ей до поясницы. Стало видно худое бледное, чуть не серое лицо с выраженными скулами. Большие холодные ярко-синие глаза, ножами впивающиеся в тело и вскрывающие душу. Длинная шея с выпирающими связками и трахеей. Худое тело облачено в черное летящее одеяние в пол. Неизвестная медленно подошла к Карине. Она невольно отшатнулась. Неприятное ощущение. Внутри перевернулось что-то большое и тяжелое. Сердце быстро и сильно застучало.