- Как я уже говорил Хаэро сан, Жизнь за Жизнь! – Но тут, белоглазый прервал нить разговора и неожиданно озвучил другой момент. – Однако, Узумаки сан! Вы вольны поступать, как захотите. Я не могу, и поверьте, ни в коем случае не хочу вас принуждать! Вы можете отказаться. И это, не повлечет за собой последствий. Мы просто завершим процесс вашего пробуждения, и вы свободно уйдете. При этом, не понеся ни какого ущерба. – Ичиро Хьюга отвернулся от аловолосого, посмотрел на часы, а затем, неожиданно, задал вопрос. - Как вы думаете, Хаэро сан? Я предоставил вам честный выбор? – Узумаки, не очень спеша за ответом, медленно дважды моргнул. – Вот и отлично. Эту тему, обдумаете в спокойной обстановке. А сейчас, я предлагаю перейти к злободневным обстоятельствам. И так, Хаэро сан, вы ощутили, что на Коноху напал Кьюби но Йоко? – На этот раз, аловолосый относительно спешно кивнул, а через секунду, с мрачным лицом, дважды моргнул. – Вы быстро реабилитируетесь, - продолжил Ичиро Хьюга, - в том числе, память. Но, углубимся в детали. Как я уже говорил, когда выйдете из биокамеры, проведем экстренный курс реабилитации мышц, восстановив вашу подвижность до стандартного состояния. А дальше, вы вольны! Вы можете остаться, или уйти. Однако! – На этом слове белоглазый сделал особый акцент. – Я настоятельно рекомендую вам, не выходить из госпиталя Хьюга. И как ирьенин и, … как какой-никакой родственник. Поскольку, эту ночь вы можете не пережить! Особенно, если выйдете из квартала Хьюга! - На такую подачу информации пациент обеспокоенно, целых два раза трижды моргнул, пытаясь прояснить, ситуацию, таким образом, а затем пристально уставился на Хьюгу, ожидая ответа. – Да, вы правильно поняли, Хаэро сан! То, что я вас вылечил, и срочно реанимировал, является секретом в данный момент. И об этом, включая меня, знают лишь четверо Хьюга, в том числе и наш патриарх клана. И да, - перебил сам себя ирьенин, - всю информацию, которую я поведал, можете разгласить, но, как шиноби, вы должны понимать ее ценность! А потому, хорошо знать, когда безопасно и политически выгодно – промолчать! – Веки аловолосого дважды опустились и поднялись. – Узумаки сан, скажу прямо. Я люблю свой клан! Однако, также, отлично понимаю, что доверительные отношения, пусть это и банально звучит, но, выстраиваются они на доверии, а поэтому, говорю заранее. Ваш клан – Великий Клан Узумаки, при нападении Девятихвостого Демона Лиса, был полностью уничтожен, в пределах Конохи. Включая вас, Хаэро сан, удалось найти еще четырех Узумаки, но все они находятся в критическом состоянии глубокой комы! А потому, помещены в «медицинский свиток», для живых людей. Кстати, символичный момент! Этот свиток тоже наследство от бабушки Минами! И, Хаэро сан, пусть по своим мотивам, естественно, и с вашего согласия, но, приложу мои скромные усилия, что бы воскресить их! - Искусство Фуин должно – Жить! – Последнюю фразу аловолосый прочитал, исключительно, по губам ирьенина. - Однако, надеюсь вы осознаете, что эта информация – конфиденциальная! И что с помощью нее, пусть и мягко, но будут манипулировать вами. Со стороны Хьюга! – Молча, одними губами Ичиро продолжил говорить. – Мне, могут прямо запретить, дальнейшую реанимацию клана Узумаки! А против слова патриарха, я не пойду. Максимум, оставлю «медицинский свиток» с четырьмя пациентами! Теперь, понимаете Узумаки сан, сложность ситуации? – Аловолосый медленно кивнул два раза. – Хаэро сан. Коноха, после «Трагедии Кьюби», готовится к переделу власти за пост Хокаге. И, прислушайтесь, к скромному мнению ирьенина! В планы «старой верхушки», – Богатый Клан Узумаки не входит! Это логично! По крайне мере, тела всех Узумаки принесли в последнюю очередь! (И не люди АНБУ и НЕ, - прочитал по губам аловолосый). А если бы не инициатива Хьюга, … ну, дальше вы понимаете?! - Все новости, сложно, но надо переварить! Поэтому, отойду на десять минут. А пока, осмыслите свое положение, спокойно.
- Благодарю вас за разговор. Меня ждут другие пациенты. – После чего белоглазый, убавил звук Холтер-монитора, указав Узумаки на бьякуган и, показал число три! Затем, ирьенин выключил чакровый фильтр. И, … с постным лицом, вышел из темного кабинета.
***
24 Октября. Общественный парк Конохи.
Обаяние женской улыбки.
Одинокая пара гуляла по утреннему парку Конохи. Дул свежий ветерок. Вокруг шумела листва, через которую пробивались яркие лучи солнца. И, довольно часто, под ноги, падали октябрьские листья красных Кленов и белых Гинналов.
Гармония цветов вокруг была символична. Гуляющие мужчина и женщина, идеально вписывалась в окружение. Белое традиционное кимоно с комоном Хьюга и, красное женское хаори, поверх белой юкаты с моном Курама. Аюми Курама и ее спутник – Ичиро Хьюга.
Пара шла близко друг к другу, … на узких тропках, не нарочно соприкасаясь плечами. Они просто тихо общались между собой и иногда утопали в тишину парка. А еще, неспешно, уплетали сладкое данго и пусть редко, но улыбались.
- … И все же, Ичиро сан! А почему ты пригласил меня в парк, на прогулку? – Осмелела, и с хитрым прищуром разрешилась вопросом красивая женщина. - Неужели это, свидание? Ирьенин, наконец, стал романтиком? И проснулся с теплыми чувствами?
- Ну, честно признаюсь Аюми чан! Вокруг, лишь миссии да больница с делами. А такие яркие моменты как наша встреча довольно редки! Неволей, начинаешь черстветь. Но к счастью, мне выпал выходной и я сразу же пригласил тебя!
- На свидание? – Игриво улыбнулась женщина.
- Да. На дружеское свидание, Аюми чан. Хотя, мы знаем друг друга с самого детства. По-моему, спешить не стоит? По этому, вначале, я решил тебя проведать как твой ирьенин. И узнать как дела.
- Ну, - притворно грустно протянула женщина, - так же скучно, ирьенин сан! Я поправляюсь, нога уже не болит. Начала использовать чакру, как ты и сказал мне неделю назад.
- Аюми чан, давай осмотрю твою ногу. Присядем на пять минут, вон на ту лавочку. Ты позволишь мне использовать бьякуган?
- А ты не будешь подсматривать, Ичиру сан? Я честная женщина. – Томно сказала Аюми. - Слухи мне не нужны.
- Курама сан, я не вуайерист! – Весело хмыкнул Ичиро. - С синдромом подглядывать за людьми это – к Джирае! Сексуальные девиации его персональный конек.
- Жаль. – Тихо и краснея щеками, прошептала Аюми, а затем, оправдываясь, замахала руками. – Ты не так понял меня! Я рада, что ты не похож на Джираю. Он высокий, лохматый как Дикобраз и с гадкой улыбочкой. – Тем временем, Ичиро провел по лодыжке Аюми Шосеном, сняв напряжение связок и улыбнувшись, поправил юкату Курамы.
- Аюми чан, а хочешь, я твой портрет нарисую, … как в детстве?! – Внезапно, и с доброй улыбкой спросил Хьюга, изъяв из печати планшет и уголь с бумагой.
- Правда? – Не верящее уточнила Аюми, а затем закивала. – Давай. Как мне сесть? Моя прическа в порядке? Я помню, ты хорошо рисовал. – На что, белоглазый мужчина кивнул, раскрошил уголь, и принялся с помощью чакро-нитей и пальцев за дело.
Прошли – три, пять минут, десять и вот, он, улыбнувшись, показал портрет женщине. С бумаги А3 смотрела брюнетка с волнистыми длинными волосами и воодушевленным лицом. Пухлые губы, греческий нос, густые ресницы над большими и что удивительно, почти белого цвета глазами, а так же открытый лоб, обрамленный прической скрепленных кандзаси (длиной шпилькой-заколкой) черных спадающих на ключицы закрученных локонов.
С бумаги, казалось, на зрителя смотрит сама красота.
- Потрясающе. – Протянула Аюми чуть слышно, и прошептала. - Я и забыла, как ты красиво рисуешь. - Ресницы, прожилки в глазах, даже в прическе, … видны волоски и канекалон. - Это с помощью техники «Чакро-Нить», ты добился такой красоты? Не знала, что ты стал настолько искусен в ней!
- Ну, мы шиноби, приходиться что-то учить, что бы выжить! А находить в работе искусство можно и в таких мелочах. – Зафиксировав рисунок «Выжиганием Чакры», Ичиро, его запечатал и подарил свиток женщине.
- Вот, Курама сан, портрет, теперь твой! А взамен, я бы хотел тоже награду. – Хитро прищурившись, подмигнул белоглазый мужчина и посмотрел на ее полуоткрытые плечи, сглотнув, тихо спросил. – Научишь меня кое-чему, Аюми чан?