— Что на этот раз?
Голос лишён каких-либо эмоций. Однако слова необъяснимым эхом рикошетят от стен и Карме чудится, что фреска на потолке шевелится, выказывая раздражение незваным гостям.
Девушка мотает головой, пытаясь сбросить морок.
«Уже галлюцинации начались. Перенапряглась».
Творящий молчит, изучая пространство за плечом Главы Душара. Пристально и отсутствующе. В том месте еле заметны непонятные тени. Их неровное колыхание походит на клубящиеся кольца тумана, тронутые ветром: такие же беспорядочные, неприкаянные, порождающие беспокойство. Карму учили воспринимать астрально-ментальных обитателей, чувствовать, видеть, слышать иногда, только, по большему счёту, результат подобных занятий равнялся нулю. Лень — она самая.
По словам первого среди шаманов, человек со столь рассеянным полем, как она — редкость. Собрать дымку в чётко обозначенный поток сложно, если энергетический коэффициент равен нулю. Однако, коли удастся преодолеть непреодолимое, откроются двери, закрытые для большинства людей экстра-класса.
Карма про себя фыркает: «Интрига — есть, а большего не надо».
Поэтому пусть иногда и удаётся увидеть существ иной реальности, они предстают в образе неясных облачных фигур, теней, световых шаров или принимают прочие размытые формы. Те, что неспокойны сейчас за спиной хозяина кабинета, по внешнему восприятию почти не отличаются от прошлых, но… Они другие. Не похожие на обычных представителей ментально-астральной среды. От этих исходит животный страх. Панический ужас. Жажда нападения, ради отвоёвывания собственной территории.
Голос Творящего возвращает к реальности.
— Ничего сейчас, но через пару дней необходимо забрать девушку по этому адресу, — в кабинете раздаётся щелчок пальцев. На стол перед Главой Душара падает небольшой листок серой бумаги. Даже не взглянув на него, тот соединяет ладони, опуская поверх макулатуры.
— Имя… — начинает вопрос.
При поступлении в Душар — прошлое остаётся позади. Поставленникам даются новые имена, иногда несколько имён, если ранг внутри ученических стен повышается. Говорить о событиях, предшествовавших попаданию в школу, запрещается; обсуждать или озвучивать инициалы, под которыми рождён, тоже. Фактически тут жизнь начинается с чистого листа, сколько бы лет тебе не было.
Старик перебивает собеседника сразу и жёстко:
— Карма! Имя окончательное. Переделке не полежит!
Глаза его собеседника еле заметно суживаются, однако в ответ следует лёгкий кивок: мол, информация принята.
— Кого послать? — за новичками всегда отправляют посыльного.
— Алексея.
— Спорить не буду, «Курьер» хороший.
«Курьер» — боевая единица, схожая по навыкам и умениям с боевыми магами измерения Фури, но обладающая рядом качеств, определяющих её отличие. Во-первых: представители этой ветви анкилов располагают широкой базой данных технического свойства. Они превосходно разбираются в механике, программировании и конструировании. Во-вторых: способны входить в пассивный режим, отключая на выбранный отрезок времени все свои активные способности. То есть из боевого «мага» превращаются в обычного среднестатистического обывателя, которого не засечь ни одним радаром — живого происхождения или технического. В последнем качестве их обычно отправляют за новичками.
На данный момент, существуют три иерархические ступени среди ветви упомянутых анкилов: Младший «Курьер», Высший «Курьер» и «Серая Мантия». Последнего уровня, в ряду некоторых особенностей становления индивидуума, достигают единицы. В исторических хрониках упоминаются двое. О них не принято говорить без желания вызвать из мест нынешнего обитания для боевых действий, поэтому имена известны только вышестоящему руководству и никому кроме.
На последнее замечание Главы Душара, Карма про себя фыркает. Она очень быстро разобралась в иерархической системе, именуемой «Каста» и Школы «Анкилов». Приказы «Касты» никогда не обсуждаются нижестоящим руководством (представители Тихора и Душара являются таковыми), а коли те исходят непосредственно от Творящего и подавно. Даже внутри обиталища Шаманов никто не осмелится сделать из старика врага, поэтому все просто принимают, как данность, его распоряжения.
Диктатурой и не пахнет, и, в то же время, её хватает. Выражать своё мнение не запрещается, даже поощряется свобода слова, только в результате всё получается так, как хочет Высший. Являясь феноменальным стратегом, он умело обосновывает сделанный выбор или принятое решение. И в подобных обстоятельствах спорить бессмысленно, ибо весомого аргумента «против», как показывает опыт, ни разу никому не удалось найти в словесной дискуссии с ним. Так что, Первый Шаман оказывается прав в девяноста девяти и девяти десятых процентах случаев. Прискорбно, но факт!