Шаман отводит взгляд. Он не друг девчонке и никогда не станет. Преследует свои цели, ищет свои пути, поэтому волноваться об объекте опеки пустая трата сил. Носитель — всего лишь Носитель. И всё же...
— Надеюсь, в Душаре ты найдёшь тех, на кого сможешь опереться в трудные времена. А они обязательно наступят, ты знаешь… — И Творящий исчезает так же внезапно, как появился, словно ощутил дискомфорт от собственного замечания.
После брошенных стариком слов, девушка застывает, а затем медленно откладывает ручку в сторону и зарывается пальцами в волосы.
— Найду? — в пустоту комнаты. — Я сама по себе. Достаточно группы людей, навязанной тобой, якобы ради моего развития, — летит в адрес исчезнувшего человека. Заминка, а затем эхом недавних эмоций: — Устала... устала от всего...
Однако эта её усталость не мешает событиям развиваться своим чередом.
Через несколько недель Душар её встречает тишиной, холодом и чувством, словно сканируют вдоль и поперёк. Как стало известно от знакомого Шамана, данное учебное заведение готовит бойцов многопланового боя, наставников для себя же, и кого-то ещё — о ком предстоит узнать с течением времени. Учатся тут люди разного возраста и мета-наследия. И не только люди.
Девушка ёжится от нехорошего предчувствия, глядя в спину Творящего, вышагивающего чуть впереди. Они уже около получаса идут по длинному коридору, стены которого оплетают лианы-светильники, являющиеся единственным источник света в туннеле, которому конца и края не видно. Старик молчит. Из него и в обычные дни лишнего слова не вытянешь, а сейчас он кажется сверх меры озадаченным и неприступнее бронетанкового поезда.
Опять играет в эмоции? Или, правда, чем-то обеспокоен?
В последнее время он часто погружается в себя, как будто смотрит на мир сквозь призму некоего анализа. Словно просчитывает ходы в неизвестной шахматной партии: планомерно, расчётливо, не взаимодействуя ни с кем и ни с чем. И в этом внутреннем диалоге с самим собой, создаётся впечатление, он признаёт лишь собственный авторитет; личные умения и опыт ставит на первое место, игнорируя возможную помощь со стороны.
Карма отводит взгляд, всем существом ощущая водоворот тьмы, слегка прорезанный тусклым светом искусственных лиан. Перед внутренним взором всплывают застывшие лица иных Шаманов, которые при встрече с Верховным частенько теряют самообладание. Творящего боятся и уважают, но его себялюбие не каждый потянет при личном контакте, поэтому столкновения происходят часто, хотя победа всегда оказывается на стороне сильного — то есть... понятно кого.
Пораженческую участь в «Касте» каждый переживает по-своему: кого-то начинает обуревать жадность и зависть, иных зацикленность на порядке и следовании неким догматам; третьи рвутся превзойти Высшего, стать столь же недосягаемыми и наделёнными безграничной властью, каковой, как они считают, обладает Глава.
Однако, по её личному мнению, власть — это комбинация похотливого стремления к скотскому обладанию с неуёмной жаждой чистого каннибализма, ибо пожираются себе подобные направо и налево. Калечатся судьбы, а изнасилованная реальность, забившись в угол, стонет о безвозвратно ушедшей невинности.
Власть, как таковая, лишена ценностей. Весомой и стоящей она становится лишь в правильных руках — в руках истинного монарха. К сожалению, мир погряз в бесчисленном количестве копий, лживо несущих «закон и порядок». Они даже не понимают основ пропагандируемого. Покупают чины за деньги, обретают значимость в обход моральным принципам и саморазвитию.
«Пустышки!» — звенящая ярость внутри заставляет вздрогнуть.
— Карма... — предостерегает старик, не оборачиваясь. — Не позволяй ему проявлять ненависть здесь и сейчас.
Имеется в виду Дажа Арков, с которым она учится держать контакт. Он ненавидит людей. Лютой непримиримостью веет повсеместно, стоит речи зайти о жителях Земли, хотя внутренний жилец не рвётся говорить о прошлом, о далёких днях, забытых многими. Но несмотря на это, одно уяснено очень хорошо: стоит сущности обрести свободу, человечеству не поздоровится.
— Всего лишь вспышка. — Отринув сторонние мысли, отзывается Карма на предостережение Творящего.
Тот неумолим.
— Не в этом месте.
— И где мы? — спрашивает нейтральным тоном.
— Ядро Душара — веер чёрных дыр.
Карма замирает, как вкопанная.
— Значит, отсюда я могу попасть в иные миры? — неожиданный интерес.
— Можешь, но не стоит. — Старик оборачивается. Пристальным взглядом сканирует и изучает. — Тебя волнует только это? Никаких ассоциаций? Никакого страха смерти?