Валерий Сергеевич такой интерес к прошлому своей дочери одобрял и разделял, и разговоры о Кате украсили эту ночь странными завитушками карамели.
Вернувшись домой, Жданов завалился спать и все эти дни дрых без задних ног.
Женитьба на Пушкаревой действительно закрывала многие его проблемы, и облегчение, которое он испытывал от такого простого решения, было подобно самому мощному снотворному.
Регулярно звонила Кира, на домашний. Жданов отчитывался: спал, ел, гулял, смотрел телевизор. Кира не верила и злилась, и он перестал брать трубки.
Иногда он звонил Катерине, но она была все время с семьей, и ей неудобно было с ним разговаривать.
Их брак — всего лишь деловая сделка, одна из форм служебного взаимодействия.
Если повезет — они разведутся через полгода так же тихо, как поженились.
Никто и никогда не узнает об этой фикции.
Ничего выдающегося.
И нечего на него так сердиться, как будто он украл трепетную деву из аула и уволок в горы, накинув мешок на голову.
Пушкаревой на месте не было — где она шляется в первый рабочий день?
У Жданова мучительно трещала голова. Накануне прилетела Кира и потребовала, чтобы он сразу явился к ней.
Ехать не хотелось, но пришлось.
Выслушал про то, какая Пушкарева тупая, раз потеряла загранпаспорт начальника («Кира, ну при чем тут Катя». «Ах, ни при чем? Значит, это ты сам его спрятал, лишь бы меня не видеть»). Проругавшись едва не до утра, они провели остаток ночи на разных концах кровати, ужасно недовольные друг другом.
Еще и Малиновский отказался ехать в отпуск.
— Тогда я тебя просто уволю, — пообещал Жданов.
— Палыч, ты обалдел совсем со своей Пушкаревой! Ну хочешь, я с ней вообще никогда в жизни не заговорю?
— И на глаза чтобы не показывался! А то отправлю на производство.
Ромка то ржал, то дулся, а у Жданова чесались кулаки.
Никогда в жизни ему так сильно не хотелось набить лучшему другу морду.
Что нашла в нем Катя?
Уму непостижимо просто.
Уж лучше бы Зорькин!
Боже, ну почему ей надо было влюбиться?
Почему она не могла найти радость в работе?
— Катя, ну наконец-то, — Жданов даже вскочил, когда она вошла в кабинет.
Пушкарева остановилась на пороге, посмотрела на него удивленно.
— Что-то случилось, Андрей Павлович?
Слава богу, злости в ней больше не было.
Обычная Пушкарева.
От облегчения Жданов засмеялся.
— Ничего. Я не знаю… Я просто извелся, думая о том, что ты сердишься на меня.
Она оглянулась на дверь.
— Андрей Павлович, — сказала укоризненно, призывая его не болтать лишнего в офисе.
— Конечно… Простите. Кать, ну нам пора заняться отчетом для ближайшего совета акционеров. С несколько… подредактированными данными. С этими праздниками… мы столько времени потеряли.
— Что у вас с голосом? — спросила она.
— Голова болит. Кира вернулась в Москву… Ну и вот.
— Андрей Павлович, вы должны что-то решить с этой свадьбой. Нечестно заставлять Киру Юрьевну готовиться к ней.
— Что решить, Катя? — он немедленно ощутил раздражение.
— Не кричите, — умоляюще сказала она.
— Катя, если я отложу свадьбу, Александр потребует свои акции…
— А вы сломайте себе ногу, — посоветовала она почти серьезно. — Я принесу вам таблетку.
— Цианид.
После обеда было назначено совещание, и Жданов ждал его, как каторги.
Кира запаздывала, и Милко не преминул этим воспользоваться:
— Куколка моя, может ты быстренько сбегаешь и позовешь Киру? Только одна нога здесь… — обратился он к Катерине.
— Милко, не хами! — взорвался Жданов.
— А что? А что я сказал? Разве эта красотка у нас не для побегушки?
Катя подняла глаза от бумаг.
— Странно, — сказала она, — и почему мне раньше казалось, что гении выше мелких дрязг? Наверное, я просто никогда не видела настоящих гениев… Я позову Киру Юрьевну, Андрей Павлович, — торопливо добавила она, предвосхищая его крик, и набрала номер на телефоне: — Амура? Пригласи Киру Юрьевну в конференц-зал, пожалуйста. Все уже собрались.
И всё бы было хорошо, если бы не Кристина, заявившая:
— Ты что, заработался дядька? Ну, собрание — это ерунда. Самое главное — это ваша с Кирой свадьба.
И Жданов чуть не умер под все понимающим взглядом Пушкаревой.
Но отдельно его порадовали слова Киры:
— Зачем планировать пышную свадьбу? Можно обойтись и без торжества — просто забежать в ближайший ЗАГС и расписаться.
Господи, да он едва не показал ей фигу с криком: «Я на тебе никогда не женюсь! Я лучше съем перед ЗАГСом свой паспорт. Я улечу, убегу, испарюсь, но на тебе ни за что не женюсь».