Ему-то хотелось обойтись без потрясений и сотрясений.
— А потом хэппи-энд, да? — спросил он.
— Не знаю… Пока ничего не видно за взрывной волной.
Жданов разочарованно откинулся назад.
Совершенно бестолковая Амура, хоть бы чего нового сказала!
Катя сочувственно подвинула ему пирожное.
23
На ресепшене с выражением лица Киры, которая ловила Жданова на горячем, стоял Федор.
— Андрей Палыч, — сказал он высоким голосом, — а тут к вам… другой курьер.
— Это не то, что ты думаешь! — пылко вскричал Жданов.
— Вы всегда так говорите, — не поверил Федор.
— Это… — Жданов заглянул на штемпель отправителя. — Это фельдъегерь из Спецсвязи. Он привез нам Пражские договора.
— Если вы мне не доверяете, то так бы и сказали!
Женсовет хихикал у лифта. Кира и Вика, приехавшие с обеда вслед за ними, остановились за спинами секретарш, не понимая, что тут за пробка.
— Я люблю только тебя, Федор, — с чувством заверил курьера Жданов.
Тот негодующе фыркнул.
— Ладно, — сказал Жданов, спиной ощущая яростный взгляд Киры, — отдайте документы Марии.
— Жданову лично в руки, — сказал фельдъегерь и добавил виновато: — тут оформлено на физлицо, наверное, отправитель что-то напутал. Так что предъявите, пожалуйста, паспорт.
— Паспорт, паспорт, — пробормотал Жданов, хлопая себя по нагрудным карманам. — Кать, а далеко у меня паспорт?
— Далеко, — ответила она, делая большие глаза.
Ах да, он отдал ей его прямо после их бракосочетания. Наверное, он теперь хранился в самом надежном месте — под подушкой у Пушкаревой.
— Водительские права тоже подойдут, — подсказал фельдъегерь.
— Права…
— Совсем далеко, — быстро сказала Катя.
Жданов едва не расхохотался. А права у него отобрала Пушкарева на вечеринке у Волочковой, не позволяя ему сесть за руль с температурой. И забыла вернуть.
Видимо, доставать водительские права президента компании из своей сумки на глазах у всего Зималетто Катерина постеснялась.
— Идемте со мной, — сказала Катя фельдъегерю, — у меня есть доверенность.
— У вас есть доверенность на получение писем Жданова как физического лица? — спросила Кира.
— Да мы сразу весь пакет оформили, — ляпнула Пушкарева и осеклась.
Оставив фельдъегеря в приемной, Катерина скрылась в своей каморке.
Вслед за ней в кабинет Жданова вошла Кира.
— А я не поняла, — сказала она, — что сейчас произошло.
— Путаница в оформлении, — ответил Жданов, прекрасно понимая, что Кира говорит совсем о другом.
— Пушкарева что, отобрала у тебя все документы?
Катя вышла из каморки и прошмыгнула мимо них в приемную.
— А твой загранпаспорт тоже у Пушкаревой? Ты поэтому не полетел в Лондон и Прагу? Она не выпускает тебя из страны?
Это было смешно, но Кира бы сейчас его веселья не оценила.
— Кирюш, — мирно сказал Жданов, — ну что за глупости. Я потерял загранпаспорт и никак не найду времени, чтобы его восстановить.
— А российский паспорт ты тоже потерял?
— Ну он валяется где-то дома.
— И почему Пушкарева об этом знает?
— Потому что она мой личный помощник. Кир, ну мне некогда думать о таких мелочах.
— Однако тебе хватило времени оформить все доверенности на Пушкареву.
— Видишь, как это удобно?
— Удобно? — закричала Кира. — Да ты находишься в руках этой женщины!
С потрохами и компанией. Что есть, то есть. Но зачем так кричать-то?
— Кирюш, не устраивай драм на ровном месте, — попросил Жданов.
— Андрей, ты сошел с ума. Как ты можешь так безоглядно доверять этому чужому человеку?
— Легко, — честно ответил он. — Если я кому-то и доверяю безоговорочно и всецело, так это Екатерине Пушкаревой.
— Это какой-то бред, — пожаловалась Кира и вышла из кабинета, едва не сбив с ног Катю.
Пушкарева осторожно закрыла за ней дверь и посмотрела на Жданова. Они дружно рассмеялись.
— Катенька, — сквозь смех попросил Жданов, — а права вы мне все-таки верните. А то что же это у меня одни обязанности!
— Хороши бы вы были, если бы вас остановили гаишники, — простонала Катя. — Где права? У Пушкаревой? Где паспорт? Тоже у неё. Да меня посадят за работорговлю!
— Да просто посмеются над таким подкаблучником, как я. Все документы отдал жене.
Пушкарева вскочила на ноги, мигом посерьезнев. Оглянулась на дверь. Погрозила Жданову пальцем. И скрылась у себя.
Поразительно Катенька устойчива в своих реакциях.
Глядя на закрытую дверь её каморки, Жданов задумался.