Почему сегодня все врываются без стука?
Он поставил Катерину на пол.
— Да, Кирюш? — спросил как можно мягче.
— Я хотела поговорить… но не могу. Не могу в это поверить.
— Правда не можешь?
Кира смотрела на него очень долго, прежде, чем тихо закрыть за собой дверь.
— Допрыгались, — обвинила его Катерина. — Бегите теперь за ней!
Что же за день-то такой.
— Андрей Палыч! — Елена Санна ему явно обрадовалась. — Выздоровели?
— Выздоровел. Спасибо за морс, — Жданов подумал и поцеловал Катиной маме руку. Она улыбнулась.
— Мать, Катюша пришла? — раздался голос Валерия Сергеевича.
— Пришла, да не одна.
— С работой на дом?
— Хуже, — звонко крикнула Катя, — с начальником!
Жданова немедленно отправили мыть руки и усадили за стол, и он заметил рожицы, которые корчит ей Зорькин. Мол, этому-то что здесь надо?
Есть Жданов очень хотел. Нервный был денек.
— Смотри, как наворачивает, — с удовольствием сказал Валерий Сергеевич жене. — Один поди живет. Дома кормить некому.
— Один, — пригорюнился Жданов. — Жил. Теперь-то буду жить с Катей.
Она пнула его под столом.
— Да и вы так уже живете, — разворчался Валерий Сергеевич. — На этой работе своей. Всё у вас какие-то командировки, ночные смены…
— Как — с Катей? — ахнула Елена Санна.
— Понарошку, — пояснил Жданов. — Видите ли в чем дело. Мои родители почему-то уверены, что мы с Катей женаты.
— Женаты! На работе!
— Как вы сказали? — Елена Санна едва не уронила графин с компотом.
Жданов у неё этот графин забрал и поставил на стол.
— Не понял, — сказал Валерий Сергеевич.
— Вам шлем нужно было надеть. Мотоциклетный, — подсказал Зорькин. — Что же вы без шлема-то с такими разговорами.
— И почему ваши родители в этом уверены?
— Ну, они в Лондоне живут. Языковой барьер, — предположил Зорькин.
Теперь Катя пнула его.
— Они так думают, — сказала она, — потому что мы с Андрей Палычем им так сказали.
— Кать, ну сегодня же не первое апреля, — осудил Валерий Сергеевич. — Что за детские розыгрыши!
— Понимаете, Андрея Палыча шантажируют, — сказала Катя.
— Вот так поворот! — снова вмешался Зорькин.
Мало его Катька пинала.
Жданову очень хотелось взять пирожок с тарелки, но момент вроде бы был не подходящий.
— Как шантажируют? — Елена Санна села рядом, подперев щеку рукой. Приготовилась слушать захватывающую историю.
— Шантажируют — значит, есть за что, — нахмурился Валерий Сергеевич.
— Ну ты же знаешь этих новых русских, — сказала Катя, и Жданов все-таки сцапал пирожок с тарелки, пользуясь таким неожиданным определением. — Вечно у них проблемы из-за денег. Богатые тоже плачут, и все такое.
— Ты, Катюха, не винти. Ты давай ближе к делу.
— Александр Воропаев угрожает забрать свою долю акций, если Андрей Павлович не женится на его сестре, Кире Юрьевне.
— Ну так пусть женится, делов-то.
— Не могу, — сказал Жданов. — Жениться по расчету мне не позволяют твердые моральные принципы и строгое воспитание, полученное в детстве.
— А Катя-то наша при чем? — спросила Елена Санна.
— Да, — поддакнул Зорькин. — При чем тут наша Катя?
— Катя — единственный человек в этом мире, кто мог мне помочь. Она честная и умная, самоотверженная и… самая лучшая на свете.
— Это правда, — крякнул Пушкарев, — но что-то мне не нравится, как вы тут соловьем разливаетесь.
— Я сказал своим родителям, что не смогу жениться на Кире, потому что уже женат на Кате.
Всё.
Жданов, ты приплыл. Сейчас тебя будут убивать.
— И они поверили, что наша Катя вышла замуж за такого пижона? — с глубоким недоверием спросил Валерий Сергеевич. И расхохотался. — Мать, ты слышишь, какие анекдоты дети травят? Байки из склепа! Нет, этим балбесам во дворе ты хорошо вмазал, но чтобы сразу замуж! Замуж, Андрей Палыч, еще надо заслужить! А ты тут прыг-скок, и сразу в мужья захотел.
— Ну не сразу. Мы с Катей все равно решили пожениться, просто немного позднее. Когда вы, Валерий Сергеевич, убедитесь в том, что я достоин вашей дочери. Мы… любим друг друга.
— Мда, — тяжело посмотрел Пушкарев на Катю, — никого более приличного не нашлось?
— Не так уж я его и люблю, — открестилась от Жданова Катя. — Я еще думаю над его предложением.
— Но мои родители об этом не знают. Они думают, что Катя уже вышла за меня.
— Бред, — резюмировал Зорькин.
— Они хотят встретиться завтра с вами, — сказала Катя и положила Жданову еще пирожок. В качестве утешения за недавнее предательство.