— Кать, я вспомнил, что у меня дела вечером. Ты езжай с девицами в «Ришелье», расскажи им о том, как страстно я в тебя влюбился и стремительно на тебе женился, а я заеду за вами позже, как договаривались. Мне надо еще кое-куда заскочить.
— Куда?
Но он не ответил, снова припав к её губами поцелуем.
Кто теперь знает, когда ему в следующий раз доведется целовать Пушкареву!
— Андрей Палыч? — удивилась Елена Санна. — А Кати нет.
— Я знаю, я к вам приехал.
— Ко мне?!
— К вам и Валерию Сергеевичу еще. Мне нужно кое-что рассказать.
Елена Санна отступила назад, впуская его в квартиру.
Что же.
Теперь только вперед.
От наливки Жданов отказался, объяснив, что ему еще за Катей ехать надо.
— С чего это вам забирать Катерину? Я и сам могу за дочерью приглядеть, — обиделся Пушкарев.
— Мы с Катей любим друг друга, — сказал Жданов. — У нас роман.
— А я тебе говорил, — сказал Валерий Сергеевич жене, — что все эти ночные бдения до добра не доведут.
— Малина мне снилась, — кивнула Елена Санна. — Малина — это к роману.
— Катя важный и родной для меня человек, — продолжал Жданов. Он репетировал в машине по дороге сюда. — Я собираюсь заботиться о ней всю свою жизнь.
— Похвальное желание, — одобрил Пушкарев. — Только почему вы приехали один, чтобы о нем сообщить?
— А Катя боится вас расстроить. Она ужасно вас любит и бережет. Она не знает, что я здесь.
Пушкаревы переглянулись.
— Катенька… боится нас? — ужаснулась Елена Санна. — Но мы же…
— Секреты от родителей у Катерины! Вот до чего дошло! — расстроился Валерий Сергеевич.
— Я приехал рассказать о том, о чем у Кати не хватает смелости вам рассказать.
— Как будто мы какие-то звери!
— Мы с Катей женаты. Зарегистрировали наш брак еще в январе.
Жданов достал из кармана паспорт и открыл его на странице со штампом.
Вопреки его ожиданиям, Пушкаревы не стали сразу скандалить.
Валерий Сергеевич долго изучал документ, а потом растерянно посмотрел на Жданова.
— А почему, — очень тихо спросил он, — нельзя всё было сделать по-человечески? Мы же не самодуры. Не стали бы мешать Кате…
— Это из-за меня. Я втянул Катю в этот тайный брак, чтобы не потерять компанию. Если бы мы объявили об этом сразу, Воропаевы бы камня на камне не оставили от Зималетто. Но… это ничего не значит. Мы с Катей женаты, мы любим друг друга и теперь всё будет хорошо.
— Почему вы решаете проблемы своей компании за счет моей дочери?
— А это не только моя компания. Она принадлежит и Кате тоже. С сегодняшнего дня Катя является акционером Зималетто. И у неё довольно крупный пакет акций.
— Докатились! — обвиняюще сказал Пушкарев. — Это все ты, мать, либеральничала с Катей. Теперь она — акционер! Как приличным людям в глаза смотреть?
Елена Санна не обратила не него внимания.
Она думала о другом.
— Но надо же свадьбу… Чтобы все, как полагается. Платье, фата, лимузин.
— Разумеется, — легко согласился Жданов. — Я как раз хотел предложить. Какая разница, когда был поставлен штамп, правда? Мы устроим торжество и дадим клятвы, и обменяемся кольцами.
— И клоунов позовите, — мрачно поддакнул Пушкарев. — Какой цирк без клоунов?
Оргия в «Ришелье» была в самом разгаре, когда Жданов туда приехал.
Лангусты, шампанское, развеселый женсовет.
Всё, как он любит.
— Дамы, у меня для вас важное объявление, — целуя Катю в макушку, объявил он. — Поскольку мы с Катериной поженились как-то сами по себе, без участия коллектива…
— Что очень плохо с вашей стороны! — вставила Пончева.
— То мы решили повторить это событие для любимых друзей.
— Что?
У Катьки округлились глаза.
— Что значит повторить? — спросила она. — Опять в ЗАГС идти?
— Нет, мы устраиваем вечеринку, посвященную нашему бракосочетанию. На следующей неделе.
Женсовет восторженно загалдел.
Надо успеть до возвращения Киры.
Ни к чему ей присутствовать при этом празднике жизни.
Катя смотрела на него с изумлением и ничегошеньки не понимала.
30
Утром, вопреки обыкновению, Катя вышла из подъезда с обыкновенной сумкой в руках.
— А где пирожки от тещи? — расстроился Жданов, заводя машину.
— Никаких пирожков, — мрачно буркнула Катя. — Радуйся, что папа не спустился вниз. Он бы из тебя котлету сделал.
— Котлеты у Елены Санны тоже вкусные, — мечтательно согласился Жданов.
Катерина нахмурилась.
— Забудь о теще.
— Кать! Опять всё сначала? Тебя перемкнуло?