Реальность
— Это я помню, — Эриона резко отстранилась, обрывая видение. Картина в шаре подернулась рябью. — Зачем вы мне это показываете?
Арон сквозь призму своего звериного облика видел, как в глазах ученицы закипают слезы ностальгии.
— Мериан была моей лучшей подругой! — Бресс окончательно разорвала связь, отошла к стене и резко отвернувшись, ухватилась за голову.
Арон ждал. Тихо. Молча. Он замер, точно изваяние из черного камня, лишь когтистые пальцы едва заметно подрагивали в такт пульсации магического шара. Он знал: она вернется. Истина — это капкан, из которого нет выхода.
— Не хочу это смотреть! — Эмоции, вызванные тоской по прошлому, против воли выдавили слезы наружу. — Вы знаете, что было потом? — возмущенно продолжала она, оборачиваясь к нему. — Потом пришли Они!
Бресс с хрустом сжала челюсти, выплевывая последнее слово.
— Этот гребаный Эльдар — сын Белого Демона! — Она со всей силы ударила кулаком по стене, не замечая боли. — Ненавижу!
Маг стоял, не проронив ни слова. В комнате воцарилась удушливая, тяжелая тишина. Воздух, казалось, превратился в густой кисель, пропитанный запахом гари и старой крови, который поднимался из глубин магического шара. Черные тени на стенах пульсировали, точно вены огромного спящего чудовища.
Арон наблюдал за ней с холодным, почти научным интересом, но за этой маской зверя скрывалось нечто иное — мрачное сочувствие. Он выжидал, пока её гнев выгорит, оставив лишь пепел, на котором можно написать правду.
— Они сожгли деревню, отправили на смерть всех жителей! Они убили моего отца, взорвали мать с моим малолетним братом! Они выжгли всё, не оставив НИЧЕГО! — Эриона в два шага подлетела к Эйвору, её лицо было искажено гримасой страдания. — Вы хотите, чтобы я это вспомнила? Тогда напрасно! Эта картина течет в моих жилах, каждый день затекая в сердце и вытекая из него ядом, отравляющим каждый прожитый мною день!
Она задыхалась от рыданий, её плечи дрожали. Арон возвышался над ней, огромный, пугающий, с пылающими желтыми глазами. Свет шара выхватывал из темноты его изуродованное лицо, придавая ему вид демонического судьи. Он не шевелился, позволяя ей выплеснуть всё, до последней капли. Он знал: то, что она считает своей памятью — лишь искусная ширма.
— Вернись, — позвала глубина из уст ведьмака. Голос был лишен сострадания, он был приказом самой судьбы. — Вернись и посмотри на то, чего нет в твоих жилах.
Новое видение
«Эриона бежит по тропе, задыхаясь от едкого дыма. Она то и дело оглядывается на пылающую родную деревню. Соседнее поселение тоже охвачено огнем. Девочка несется мимо развалин, осторожно огибая пламя, перекидывающееся с соломенных кровель на высушенную зноем траву. Айнары ушли. Последний всадник скрывается в тенях леса. Бресс спешит на окраину, к дому подруги.
— Мериан! Мистер Берг! Миссис Берг!
Трупы. Трупы и еще раз трупы… Повсюду. Куда ни посмотри. Но здесь, в отличие от её дома, всё еще слышны стоны выживших. Айнары уже насытились кровью на родине Эри, и здесь их пыл немного поутих. «Может, Мери удалось избежать смерти?» — пульсирует в мыслях единственная надежда.
Бресс влетает в дом Бергов. Мериан, когда-то радостно встречавшая её на пороге, теперь стоит на коленях, содрогаясь от беззвучных рыданий. Это была не физическая боль, а нечто гораздо страшнее.
Айнары не тронули её, но убили мать. Тело женщины лежит в гостиной прямо на ковре. В глубине комнаты, на диване, виднеется неподвижный силуэт отца.
— Мери! — Эриона попыталась поднять её за плечи, но та, утопая в отчаянии, не хотела подниматься.
Позже младшая Берг, заикаясь и захлебываясь слезами, прошептала:
— Маменька… Они убили её, Эри. Закололи как скотину хлевную! У меня остался только отец… Больше никого, Эри!
Эриона обняла её, позволяя выплакаться. Значит отец жив, но...
— Что с отцом? — тихо спросила она позже.
— Приступ. Случился пару дней назад, еще до их прихода…
— О нет! — Эриона прижалась к подруге еще сильнее.
— Ты, наверное, хочешь спросить, где сестра? — Черные, опухшие от рыданий глаза Мериан впились в лицо Бресс. — Она сбежала. Сбежала с одним из них прямо перед резней! Отец не выдержал… Тяжело говорить, Эри. Ком в горле стоит! — Она вцепилась в плечи подруги и выкрикнула: — Она предала нас! Любовь у них, понимаешь? Как можно любить этих подонков?!
— Я с тобой, Мери. Мы теперь друг у друга есть.»
Блики…