Со всей силы, умещавшийся в руке, Эриона выдала горячую пощечину, оставив красивый памятный след. Эйвор, получив по-заслугам, на мгновение застыл, концентрируясь на реальности. Парта помогла ему не упасть в глазах студентки.
Неожиданно.
- Мистер Эйвор! — стучала Мерианда Нэри — Слышу Вы на месте!
Упс!
Без промедления, Арон пришел в себя, протер лицо руками, сдержано расправил сюртук, бросая на Бресс колкие взгляды, вернул положение вороту. Пришлось отворить, иначе бы замдиректора достала любимую коллекцию толстого кольца с нескончаемыми ключами от всего на свете. Арон пропустил Мерианду и, дав ученикам знак подождать, прикрыл вход.
- Эйвор! Эльвира слышала крик и доложила мне, что происходит? — не дожидаясь ответа зам перевела внимание на новенькую. — Эриона, почему ты до сих пор здесь? У твоей группы уже идет пара в другом крыле.
Прежде чем отреагировать на замечание, Бресс непроизвольно бросила настороженный взор на педагога. Тот, в своею очередь, отвернулся закатив глаза и отошел в центр аудитории. Он встал между партами и, облокотился о них, исподлобья наблюдая за коллегой и ученицей. Осмотрительная зам навскидку подметила красные глаза воспитанницы и ее отчасти подавленное состояние. Мудрость не подвела женщину:
- Дорогая, подожди меня за дверью, я помогу тебе добраться до нужного класса.
Эриона безоговорочно, поджав плечи и пряча накатывающиеся слезы, повиновалась.
- Деточка, - Мерианда Нэри поймала ее за плечо, - вещи. — Она указала на пол.
- Извините. — Глухо выдавила Бресс и присела собирать брошенное.
Эйвор рассматривал ее с головы до ног, жадно глотая каждую слюну. Она чувствовала на себе его хищный орлиный глаз от чего сдавливало дыхание. Любой другой перепутал бы этот взгляд со строгим, но помимо серьезности изящно подаваемой на первый план, в глубине пряталось ОНО - желание обладать.
- Арон, что происходит? — начала Мерианда, захлопнув створку за Бресс.
- Я ее задержал. - Утаивая следы пощечины, он отвернулся, отошел к доске, формируя достаточное расстояние, чтобы дотошная начальница заполучила меньше подробностей.
- В чем была необходимость? Со всеми вопросами ты мог и должен был обратиться ко мне, как к ее куратору!
Красный каблук настойчиво застучал по паркету навстречу сотруднику. Педагог озадаченно сел за стол, суетливо перебирая пыльные бумаги.
- Арон? - Негодующая от неполученного нужного отчета зам решительно принуждала к пояснению.
- Мне нужно работать!
Грубо. Дерзко. Бестактно. Громко сложив документы, Эйвор рывком конвульсивно поднялся:
- Вы отнимаете у меня время! Вызовите студентов- И не дожидаясь действий. — Входите!
Группа рокотом ввалилась в помещение. На сей раз оскорбленная нетактичностью подчиненного, госпожа сдержано возмутилась:
- После этой пары у Вас окно. Жду Вас в Главной цикловой, мистер Эйвор.
Последнее она выделила более контрастно и, наказав ученикам соблюдать положение тишины, вышла вон. Арон потер нос и раздраженно приступил к занятию.
Глава 4. Буллинг
Грянул гром. В окна ударили крупные капли дождя. Разряженное небо окрасилось в грязно-лиловые оттенки. Солнце, махнув лучом, тактично спряталось за тучи. Весь оставшийся день Эриона провела подобно заключенной серны, заблудившейся в тумане серого бытия. Пытаясь сосредоточиться на лекциях, она с трудом сопротивлялась чудовищным воспоминаниям о профессоре, нежитью мелькающими перед глазами. За последней партой, скрываясь за спинами сверстников, она тайком плакала и злилась одновременно. Помимо известных последствий ее терзало иное чувство, которое она категорически отказывалась принимать, но обманывать себя тоже не входило в ее планы. Одногруппники мельком оборачивались, шептались. Парни бросались неприличными догадками, а девушки злорадно подкидывали масло в огонь. Эриона провела не малое время наедине с их "любимчиком", ничего удивительного, что всеми помимо любопытства к причине ее задержки, влечёт интерес к ней, как персоне.
Почему?
Зачем?
Возвращаясь в одиночестве в женское крыло, Бресс молилась по пути не встретить Его. Поток студентов, спешно протекая мимо, подавлял все эмоции, превращая свою жертву в невзрачный захудалый кубик разбитой мозаики.
Войдя в сумрак вытянутого общего зала, Эри словила на себе судачащие взгляды, но не поддалась эмоциям. Несколько светильников у высоких арок тускло освещали гостиную. Величественные колонны с изображениями исторических событий, хранили память поколениям, разливаясь в потолке волнообразными струями. В выси над центром зала за происходящим столетиями наблюдала выбитая из камня фигура Агранта. Хранитель Душ расправил черно-огненные крылья птицы-мыши, как напоминание о "несовершенстве естества", заключающимся в смирении добра и зла в каждом из существ.