– Мы тоже предпочитаем черный кофе, – улыбнулся я, – как настоящие мужчины. Если хочешь сливки и сахар, зачем портить кофе?
Ганс звонко хихикнул.
– Вот, я нашел, – воскликнул профессор, – числовое значение этого символа пятьдесят и семьсот. Астрологический архетип – скорпион. Ещё к этому символу подходит один из номеров аркана Таро, его название – Умеренность. Это если считать, что буква латинского происхождения. Если же предположить, что символ принадлежит палеоеврейскому письму… То это последняя часть тетраграматона, то есть имени Бога, которое нельзя произносить.
Ким деловито записал слова профессора на бумажку под нарисованным символом, и сказал:
– Пока нам это ничего не говорит, но, возможно, это имеет какое-то значение.
Профессор кивнул:
– Таких значений можно придумать миллион. Мы же не знаем откуда эта буква и к какому алфавиту она предлежит.
Я пил кофе и раздумывал над услышанным, пытаясь сформировать вопрос.
– Ганс, а Вы знаете, в какой области пыталась найти знания Луиза, – спросил я, – то есть, я понимаю, эзотерика и всё такое. Я не имею в виду направления: оккультизм, каббалу, медитацию и так далее. Я хочу понять, к чему она стремилась в принципе. Чего она хотела достичь с помощью своих… так сказать, способностей? Я очень сомневаюсь, что её конечной целью являлось становление деревенской ведьмой в таинственном доме.
– Да, я понимаю, что Вы хотите сказать, – Ганс призадумался, – пожалуй, у меня даже есть ответ на Ваш вопрос. Луиза хотела перемещения.
– Не понимаю. Какого ещё перемещения? Куда?
– В это не так просто поверить, но наш мир далеко не единственен, – сказал профессор, – я имею в виду множественность вселенной. Возможно, вы слышали об этом. Луизу кардинально не устраивало место где она родилась, в широком смысле этого понятия. Речь не идет о рамках города, страны или континента. Твою подругу не устраивал наш мир в принципе. Все её усилия были направлены на изучение этого вопроса. Возможность попасть на изнанку нашей вселенной, а потом выбрать подходящий мир, существует. Ну я так думаю. Такой путь действительно есть, но он смертельно опасен. Мне кажется, Луиза пыталась найти иную, более безопасную дорогу.
Могло это объяснить фразу «переход» в записке Луизы? Возможно.
– И что это за дорога? – спросил я.
– Я думаю, всё дело в том знакомце, о котором говорила Луиза. В том человеке, что обладает огромным потенциалом, – Ганс прочистил горло и продолжил, – многие уважаемые мистики сходятся во мнении, что в нашем подлунном мире иногда рождаются люди способные бродить по вселенным, как по своему дому. Несомненно, Луиза нашла именно такого человека. Хотя это практически невозможно. Твоя подруга боялась, что этот человек уйдет в путешествие по вселенным, оставив её в нашем опостылевшем мире. Рано или поздно такие счастливчики открывают в себе возможность путешествий. Они могут не только уйти из нашего мира, но и взять с собой компаньона.
Профессор внимательно посмотрел на меня.
– Интересно, кто бы это мог быть? – спросил Ким.
– Понятия не имею, – ответил Ганс.
Я отпил кофе и машинально достал сигарету. Профессор, увидев мои рефлекторные движения, дал разрешение курить в гостиной и сразу принялся набивать огромную трубку, что не могло не задеть Кима, который питал слабость к трубочному табаку. Мой друг вытащил из кармана свою трубку и принялся деловито набивать её табаком. Профессор одобрительно кивнул. Интересно, сколько у Кима трубок?
– Вижу, у Вас есть вкус, – сказал Ганс, – никогда не признавал сигареты. Какой табак Вы курите? Я отдаю предпочтение «Кентуккийской Птице».
– МакБаррен, – сказал Ким, с гордостью в голосе. Наконец, хоть кто-то отдал должное эпатажной привычке моего друга.
– Хороший выбор, но для хорошего табака нужна хорошая трубка, – похвалился профессор, раскуривая табак, – моя вот настоящая английская, из корня вереска.
Ким поспешил перевести тему, так как явно не хотел заострять внимание на своей дешевой вишневой трубке. Мой друг задал вопрос, который нужно было задать ещё в начале диалога.
– Кстати, Вы что-нибудь слышали о корпорации Нецах?
Ганс задумался, попыхивая трубкой. В комнате повис ванильный аромат дорогого табака.
– Только со слов Луизы, – ответил профессор, – но эта корпорация заинтересовала меня, и я даже поручил кое-кому из своих бывших студентов собрать информацию. Пока правда нет никакой конкретики. Возможно, позже со мной свяжутся. Нецах позиционирует себя в качестве тайного ордена, собирая под свои знамёна якобы настоящие дарования. Ничего более пока сказать не могу.