Тут в мою голову пришла великолепная идея. Что если в качестве прикрытия притащить с собой преподобного отца Марка, психически неуравновешенного священника с обрезом на перевес? Во-первых, я сдержу свое обещание перед новым знакомым: сведу охотника с дичью. Я был уверен, на собрании непременно будет присутствовать Климент, душу которого так жаждет преподобный. Во-вторых, священник – это самая настоящая тяжелая артиллерия, практически ядерная боеголовка. Несмотря на отсутствие каких-либо вменяемых доказательств, я уже решил для себя: Климент – плохой человек. В моём сердце пылала ничем необъяснимая ненависть к плюгавому очкарику.
Около пятнадцати минут я посвятил раздумьям над сложным вопросом: позвать с собой на очередную встречу корпорации Кима или же оставить в неведении. Несколько раз я брал трубку, чтобы набрать его номер, но каждый раз в раздражении швырял её на рычаг. В итоге я остановился на том, что не буду беспокоить друга. Во-первых, это дело стало моей личной вендеттой, а во-вторых, потенциально Киму могла грозить опасность. Возможно, схожие мысли посещали и Луизу непосредственно перед смертью: посвящать меня в свои тайны или нет. Кто знает, как бы всё повернулось, будь моя подруга немного откровеннее.
Прежде чем ехать к католическому священнику, я решил зайти к профессору Гансу Вейруху. Мне требовался совет умного человека.
*
Профессор встретил меня, словно старого друга. Ганс усадил меня в мягкое кресло в своем кабинете, а сам, поставив на столик пепельницу, пошёл хлопотать на кухню, расставлять кофейные кружки на поднос и ставить вариться кофе.
Вдыхая кофейные ароматы, я курил и раздумывал над вопросами, которые собирался задать Гансу. В первую очередь, я считал, что необходимо проверить рассказ отца Марка на соответствие хоть каким-нибудь источникам, пусть и мифологическим.
Ганс вернулся с подносом, со стоящими нём кружками. Профессор сел напротив меня и принялся набивать трубку.
– Ганс, – начал я, – как я понял, Вы инструктировали Луизу в теоретическом плане. Теперь я бы тоже хотел попросить Вашей помощи.
– Твоя подруга умерла, наслушавшись моих лекций, – заметил профессор, – ты же ещё жив. Не пора ли остановиться в своих изысканиях? Обратную дорогу сложно найти.
– Мистика, как трясина, если затянет, никогда не выберешься, – я снова процитировал Асперо, надо сказать, это уже начинало входить в привычку.
– А ты уже на глубине, да? – с улыбкой спросил профессор.
Я кивнул.
– Я всегда ставил знания и науку на первое место, – сказал Ганс, – если бы мне предложили открыть хоть одну самую маленькую тайну вселенной в обмен на мою жизнь, я бы умер спокойно. Из-за такой позиции от меня ушла жена, она никогда не разделяла моей научной страсти. Как, наверное, многие женщины.
– Боюсь, я тоже ступил на схожий путь, но у меня нет супруги, так что от меня некому уходить. Кроме разве что постельных клопов, а им я помашу рукой на прощание.
Я оглядел кабинет профессора, делая глоток горячего напитка. Ганс располагал потрясающей библиотекой, о которой такой библиофил как я мог только мечтать. Правда художественная литература здесь занимала лишь маленький скромный уголок. На остальных полках лежали научные труды известных ученых, соседствующие со множеством дорогих альбомов по живописи, скульптуре и других искусствах. Помимо книжных шкафов, здесь были витринные стеллажи, на которых лежали какие-то археологические находки и артефакты.
– Нравится моя библиотека? – поинтересовался Ганс.
– Я в благоговейном трепете, – ответил я.
– Здесь вся моя жизнь и предмет моей гордости. Главная задача книги – научить нас. Поэтому очень мало книг по-настоящему заслуживают внимания. Но в моей коллекции, каждая достойна, на мой взгляд.
– Не сомневаюсь в этом, – сказал я.
Ганс посмотрел на меня, ожидая разговора по существу моего визита. Профессор терпеливо ждал, когда я сам начну диалог. Я решил не тянуть время и сказал:
– Я пришел сюда, чтобы задать несколько вопросов и, возможно, получить совет.
– С удовольствием Вас выслушаю.
– Существует ли возможность призвать, не знаю, как выразится… демонов, – мне с трудом удалось выплюнуть это слово, – или какую-то сущность?
– Смелее, молодой человек, привыкайте называть вещи своими именами, – ответил профессор, – демонов, да. Они существуют, не сомневайся. Вызывать их могут люди, обладающие редким даром призыва. Но это действительно редкий дар.