– А что с холодильником? – спросил я, пытаясь сосредоточится на разговоре.
– Свиная кровь и прочие не кошерные потроха.
Я помолчал.
– И еще, – сказал Гинзбург тихим голосом, – надеюсь, ты расскажешь мне историю целиком?
– Да, когда-нибудь, – ответил я.
– Спасибо и на этом, – хмыкнул Гинзбург, – я о многом думал. Теперь мне, наверное, придется пересмотреть свое мировоззрение и поверить в то, что есть вещи, которые не всегда можно объяснить логично. Не хочу сказать, что я неожиданно поверил в мистику и всякое такое. Но глядя на твою подружку Елизавету, могу сказать точно, она давно уже покинула нашу планету.
Мы попрощались, и я закурил сигарету. «Экзорцизм наоборот», как выразился лейтенант, удался. Теперь Гинзбург не будет столь прагматичен, как раньше. Я подумал о том, что если как-нибудь накормить его колёсами, то вера в мистику станет ещё крепче.
Я достал пачку сигарет, из кармана выпал окровавленный платок. Сфокусировавшись на когда-то белой материи, я с трудом вспомнил откуда у меня эта вещь. После всех приключений я совсем забыл выкинуть платок, которым вытер кровь Адамсона со своего лица. Повертев в руках тряпицу с красными пятнами, я сунул её в карман. Пусть ещё побудет со мной.
Действие препаратов переходило в следующую стадию: окружающая обстановка растекалась, а в конечностях начало чувствоваться онемение. Может быть это и есть путешествие по параллельным мирам? И это и есть вменяемый мне дар? Если нет, то что мне делать? Как открыть в себе эту возможность?
Отметая мысль о том, что ваш покорный слуга, возможно, давно свихнулся, я понимал, что полностью принял на веру мысль о том, что покинуть этот бренный мир в поисках лучшего, вполне мне по силам. Я есть тот самый человек, обладающий таким даром. И осталось совсем немного времени до того, как я ступлю на нехоженые тропы моего Авалона. Осталось завершить все дела здесь. На земле.
Я откинулся на спинку кресла и закрыл глаза, впуская волшебные видения в свой разум.
Глава 4. Сон
Там за стеной должен быть другой мир. Лучше нашего. Когда я сломаю стену, моя жизнь изменится к лучшему. Поэтому я должен взять кирку, заступ, кол и молот. Я буду ломать стену, ибо по-другому отсюда не выбраться. Я буду крушить, наблюдая, как тысячелетние камни разбиваются в пыль под моими ударами. Я буду жмурится, защищая глаза от гранитной крошки, летящей мне в лицо.
Мои ладони сбиты в кровь, пальцы покрывают твердые мозоли, но я работаю, не покладая рук, прерываясь только на короткий сон и обед. Чем быстрее я прорублю отверстие в этой бесконечной стене, тем скорее я стану счастливым человеком.
Как мне пришло в голову сломать стену? Я уже не помню. Но я знаю одно, когда пришла эта идея, у меня появилась надежда. Я хочу жить лучше. Мне надоело быть заключенным в пещере, в которой я прожил тысячи жизней, умирая и возрождаясь вновь. Из пещеры нет выхода, я живу в ней, как змееныш в яйце, а если малыш не сломает скорлупу, то он задохнется. Вот поэтому я должен сломать стену.
Мне надоела темнота, однообразная пища, ледяная родниковая вода и затхлый воздух. К тому же еда заканчивается. Грибов становится всё меньше и меньше, а летучих мышей уже невозможно поймать. Родник стал течь намного слабее, чем раньше, он уже давно превратился в тонкую струйку. Я думаю, что он скоро пересохнет, и тогда – верная смерть. Сложно себе в этом признаться, но я думаю, что воздух тоже заканчивается.
Я решил выбраться из этой западни, просто обязан. Я делал себе инструменты из очень крепких сталактитов и сталагмитов. Только камень может дробить камень. Сегодня я выбью следующий!
Сначала я думал, что стена тоньше, рассчитывал сделать проход в течение года, но все оказалось не так просто. Я разбиваю стену уже несколько жизней. Приходила мысль, что, возможно, стена бесконечная, что мой мир – это моя пещера, а всё остальное – стена. От злости я разбил себе череп. Я не должен был так думать, иначе пришлось бы потерять смысл жизни, а пока я крушу стену, мне есть чем жить.
Когда я съел свои останки, силы мои удвоились, и я принялся работать намного усерднее. Скоро! У меня будет новый мир! Я будем самыми счастливыми. Вот только сокрушу это проклятую стену. Камень за камнем.
Сегодня я услышал подозрительный стук, исходивший как будто с другой стороны стены. Я поняли, что это эхо, от моих ударов. Значит, я близко! Как хорошо, что прежний я, думающий о бесконечности стены, ошибался.
Я возблагодарил бога и принялся рыть дальше, вгрызаясь в непоколебимый гранит, оставляя на стене капли крови, текущей с моих ладоней.