Таиться и наблюдать, отсиживаясь, — роль помойной крысы.
Парнишка вновь заскулил после очередного грохота.
« Я сейчас ничем не лучше этих подонков»
Ведь разведчики — не крысы. Что плохого в том, чтобы знать ситуацию?
Ева перевела дыхание и поймала себя на том, что подвинулась на эти несколько сантиметров, и теперь щель находится прямо перед ней. К лицу подступила кровь.
Ситуация оказалась ровно такой, какой она себе её представляла. Двое на одного.
Парнишка лежал, как мешок, под стенкой одного из баков, меньше чем в метре от неё, прижав к животу колени и закрыв лицо. Он всё ещё жадно хватал ртом воздух, пока на него не обрушился новый град пинков, ударов и словесного мусора. Кричать, а уж тем более сопротивляться, он и не старался. Просто сдался. Ждал, пока они наиграются и уйдут.
«Таиться и наблюдать, говорите? А вот так унижаться?»
Мусорный мешок перелетел через бак и приземлился рядом с головой парня. Ева выскочила из-за угла, прямо показавшись соперникам. Самое глупое, что только можно было сделать, но менять что-либо уже поздно.
Один из обидчиков мельком покосился на неё и вернулся к прежнему гнусному занятию. В лицо парня прилетел плевок.
Второй оказался смекалистей. Скользкий взгляд оценивающе окинул её с ног до головы, прежде чем его рот открылся.
— Чего тебе? Иди, куда шла, мелочь. — Нарцисс-заводила. Самоуверенная интонация выдавала его с головой и заставляла злиться, уподобляясь ему.
Разница в возрасте явно не была критичной. Оба приятеля года на три старше, не больше. Он не посчитал её за угрозу, потому что она — девчонка. А это не только злило, но и вымораживало.
Спокойствие, уверенность и хладнокровность — победа в любом разговоре.
Ногти впились в ладони, приводя обратно в реальность.
Заводила стоял, выставив вперёд ногу и оттопырив карманы, и пилил её наглым взглядом.
— Ты не расслышала? Свали, говорю. — Мысль он закрепил плевком в сторону, себе под ноги.
Нарцисс ожидал, что она испугается и не посмеет ослушаться, не иначе. Самодовольные подонки всегда так считают, поэтому никогда не стоит играть по их правилам. Главное – не показывать страх.
Ева подняла на него взгляд, покачав головой.
— Лучше бы ты сам последовал своему же совету. — Голос прозвучал чётко и ровно, хотя бросать вызов в одиночку двум увальням явно не то, чем приходилось заниматься каждый день. Нельзя успокоиться, когда вступаешь в поединок, зная только теорию.
Ахиллесова пята.
Незначительная деталь, делающая противника не таким непобедимым.
Красная олимпийка. В ней он походил на высокомерного петуха. Ещё и эта поза с оттопыренными карманами.
— Эй, слышь, малая. Ты чего это из себя возомнила!? Брысь! Или тоже отхватить хочешь? — Нарцисс вытаращился, неестественно высоко натянув на лоб брови.
— Брысь! — Поддакнул второй, отвлекаясь от парня.
Ева набрала в лёгкие побольше воздуха и выдала на одном дыхании то, чем разбрасываться на каждом углу не следовало. Испугалась.
— Вы хоть видите, кого бьёте? Ещё и вдвоём! Дмитрию не понравится. — И плакала вся её уборка. Сердце бешено колотилось. Невыносимо стыдно. Нарваться на неприятности и качать права. Ну и позорище.
Кустистые брови главного увальня опустились на их законное место.
— Сорок девятая? — Его голос, откинув песнь самолюбования, теперь звучал просто, по-солдатски, как голос подчиненного.
Как и ожидалось, имя брата подействовало. Последний туз, заготовленный на крайний случай, использован впустую.
Заводила дотошно рассматривал её, откинув колкости. Искал, где прокололся. Второй за его спиной присел на корточки рядом с парнем и, приподняв его за воротник, кивнул в её сторону.
Шифр оказался им понятен. Ей уж тем более.
— Верно.
Заводила кивнул, расстёгивая и застёгивая обратно красную олимпийку. Его взгляд теперь не скользил по ней, а слепо бродил, оценивая сложившуюся ситуацию.
Дж-дж-дж. Противный писк давно сломавшейся змейки-застёжки. Вверх. Вниз. Снова вверх и вниз. Дж-дж-дж. Замер.
Заводила ещё раз кивнул и встретился с ней взглядом. Он понял, где прокололся.
— Ты – его сестра.
Ева хмыкнула.
— Бинго.
Заводила молча развернулся и подошёл к неудавшейся жертве, пнув банку мыском грязного кроссовка. Второй опустил парня обратно на землю и поднялся, уступая место. Они переглянулись.
Банка с грохотом отлетела от стенки бака, чуть выше головы парня. Тот задрожал и ссутулился ещё больше.
Заводила ухмыльнулся, вновь заложив руки в карманы.
— Больше не нарывайся. Тебе повезло. — Он сплюнул через плечо и толкнул приспешника, указывая в какую сторону они пойдут.