Я, недолго думая, пожелав спокойной ночи, вскакиваю и решаю последовать её примеру, чтобы не нарваться на разговор с папой, под шумок направляясь к лестнице. Вельзевул, выкрикнув что-то похожее на одно из бабушкиных ругательств, в два взмаха крыльев тут же приземляется мне на плечо.
- Я не поняла, это она меня как-то обозвала? – уже поднимаясь, слышу шёпот мачехи за спиной.
- Не бери в голову, дорогая. - наигранно безмятежно отзывается отец.
А я улыбаюсь. Да, Карла, обозвала. А потом ещё и мысленно прокляла вдогонку, скорее всего.
Налив Вельзевулу в поилку свежей воды, пересаживаю его на некогда толстую жердь, уже всю исцарапанную и особо истончённую в некоторых местах, и закрываю вольер.
Захожу в комнату, крепко сжимая бумажку с небрежным "Не благодари" в ладони. Она уже стала совсем мягкой от долгого контакта с рукой, а чернила немного расплылись, отпечатываясь на коже.
Днём я сунула её в карман джинс и забыла, а потом случайно обнаружила вечером, уже сидя с бабулей. С того момента я держала записку в руке, словно боясь, что, если выпущу, она исчезнет. Как одержимая.
Машину пригнала к дому не Мерседес, и даже не Диего. Хотя они и не стали бы оставлять дурацкие записки. И, если с утра я ещё сомневалась, то теперь точно собираюсь пойти в полицию, пока ещё не стало слишком поздно.
Я раздеваюсь, оставаясь только в нижнем белье, и ложусь в кровать, на автомате засовывая записку под подушку. Спустя секунду раздумий встаю и подбегаю к настежь раскрытой двери, ведущий на большой балкон, прикрывая её так, чтобы осталась только маленькая щёлочка.
Долго лежу, постоянно ворочаясь, никак не получается найти удобное положение. Нехватка свежего воздуха душит, но дверь открывать больше боюсь.
Наконец получается устроиться на боку, а тонкое одеяло уже сбито где-то в ногах. Не успеваю провалиться в сон, как слышу какой-то странный скрежет, а через пару секунд кровать прогинается под чьим-то весом.
Мне удаётся обернуться лишь на долю секунды, как меня грудью прижимают к матрасу, закрывая рот мозолистой ладонью.
Но этого времени хватает. Ведь его глаза я узнаю из тысячи. Они буквально въелись мне под кожу.
Глава 9
Воздуха в лёгких критически не хватает, он прижал меня так, что я утыкаюсь лицом в подушку без возможности развернуть голову и глотнуть хотя бы каплю кислорода.
Внезапно он обдаёт своим горячим дыханием мою щёку, а жаркий шёпот согревает ухо, от чего по телу сразу пускаются мурашки.
- Я отпущу тебя, когда ты пообещаешь, что не будешь кричать.
Ещё чего! Пытаюсь вырваться с усиленным рвением, а он лишь тихонько хохочет прямо мне в ухо, а затем ещё раз вкрадчиво повторяет:
- Это в твоих же интересах, Дикарка. Тебе лучше быть послушной девочкой.
Чёрт! Как бы не хотелось признавать, но он прав, я совсем не в том положении, чтобы сопротивляться...
Замерев, я всё же слегка дёргаю головой в ответ в подобии кивка.
- Скажи это. - мягко приказывает он.
- Обещаю. - сдавленно выдавливаю низким из-за пережатых связок голосом.
Наконец давление его рук ослабевает, и я тут же выкручиваюсь из-под парня, моментально отсаживаясь в противоположный угол кровати.
Даниэль Сантана, собственной персоной, прямо напротив меня. У меня впервые появляется возможность нормально рассмотреть его вблизи, и только сейчас я подмечаю, что волосы у него совсем не чёрные, как мне показалось в постоянно мерцающем свете на вечеринке, а каштановые, достаточно длинные, чтобы спадать чёлкой на лоб, и слегка подвивающиеся на концах. Нос тонкий и длинный, с выступающей переносицей, - такие обычно называют римскими. Высокие скулы резко очерчены, а губы, ярко-малиновые с четким контуром, слегка тонковаты, на мой вкус, но идеально подходят к его чертам лица.
В ответ он также внимательно рассматривает меня, хотя у него было много времени на это в наши предыдущие встречи. Проходится взглядом по лицу, останавливаясь на перепуганных, широко распахнутых глазах и растрёпанных чёрных кудрях, а затем скользит ниже, цепляясь там, и я только сейчас понимаю, что снова нахожусь перед ним практически полностью голая. Разозлившись за это промедление, я резко тяну на себя одеяло, вытаскивая его из-под парня, и прижимаю к груди, пытаясь обвить голые плечи, полностью закутываясь и закрываясь от чужих глаз.
Он молчит, всё также слегка насмешливо и свысока глядя на меня, а я мысленно прикидываю, успею ли заорать и выбежать из комнаты до того, как он меня убьёт.
Но все мысли обрываются, когда я вижу пистолет, торчащий у Сантаны из кармана. Он успеет выхватить его и снять с предохранителя за пару секунд. Нужно быть максимально аккуратной.