Можно остаться здесь до конца вечера, но это грозит мне самой нелепой смертью в истории. Задохнуться в душном туалете - предел мечтаний любого.
А что, если?.. Отхожу обратно к двери и рассматриваю то самое окошко над местом, где я сидела всё это время. Оно, конечно, достаточно маленькое и расположено высоко, но, если встать на полку, дотянуться вполне реально, да и я в него точно должна пролезть. А вот свои действия дальше, я обдумаю, когда выберусь отсюда.
Глава 15
Подобрав подол платья и закатав его чуть ли не по пояс, я становлюсь на полку. Она слишком узкая и неустойчивая, из-за чего приходится почти вплотную прижаться к белоснежной стене и сильно запрокинуть голову в попытке заглянуть в окно - так оно оказывается как раз на уровне подбородка, но это всё равно не позволяет мне рассмотреть хоть что-нибудь в сумраке.
Неужели я действительно собралась это делать? Я, Кармела Агирре, с детства воспитанная как леди, наследница миллионов и династии одного из самых влиятельных людей в Валенсии?
Впрочем, а почему бы и нет! Уж всяко лучше, чем позорно скрываться в туалете от сеньора Эрнандеса. О том, что сказал бы папа, увидев свою дочь, выползающую из окна, я стараюсь даже не думать...
Через дверь едва-едва различимо пробивается голос Эрнандеса, усиленный микрофоном. Он что-то вещает и, чувствует моё сердце, это ненадолго, и очень скоро он вернётся караулить меня. Не понимаю, зачем сдалась папиному партнёру, но я даже не могу хоть как-то возразить ему, я как безвольная кукла. Таков долг каждого ребёнка из семьи крупных бизнесменов. Мы всегда должны думать в первую очередь о семье и нуждах бизнеса, об имидже династии, должны продолжать дело отцов и строить империи. Обычно это, конечно, падает на плечи сыновей, но, так как я единственная наследница, если Карла в ближайшее время не решится на ребёнка, об этом должна заботиться именно я. Ни шага вправа, ни шага влево, ни лишнего слова. Если папе нужно, чтобы на этот вечер я составила компанию его назойливому партнёру, значит, так должно быть.
Бесит. Но это только мои чувства, а значит - только мои проблемы, как любит говорить папа. Всё на благо семьи и нашего будущего, я должна об этом помнить.
Привстав на носочки, я дотягиваюсь до ручки и наконец распахиваю окно настежь. Тёплый ветерок сразу врывается в комнату, обдувая лицо. А мои неустойчивые каблуки вновь подводят и, качнувшись, я повисаю, ухватившись за оконную раму в попытке удержаться от падения.
От греха подальше спускаюсь обратно на пол, скептически оглядываю свой внешний вид и решаю всё же снять босоножки, с ними дело не пойдёт. За сегодняшний вечер эти проклятые туфли и так порядком надоели мне. Кто вообще придумал эти смертельные колодки? На шпильке, со стразиками, за которые вечно всё цепляется, так ещё и неудобные. Явно какой-то женоненавистник. Облегченно выдохнув, снова забираюсь на полку, уже с ними в руках. Пытаюсь подтянуться, чтобы ещё раз попытаться рассмотреть местность за окном, но босоножки и тут мешают, поэтому, долго не раздумывая, просто перебрасываю их через окно на волю.
- Внизу встретимся! - помахав им вслед, я радостно смеюсь, уже предвкушая, как скоро выберусь отсюда.
Без туфель дело идёт бодрее, но подтянуться всё равно никак не получается, я слишком хилая. Решаю действовать кардинально. Окно и полка под ним находятся в небольшом углублении, поэтому, закатав юбку ещё выше, ставлю одну ногу на стену напротив, а второй опираюсь о другую сторону, и зависаю так в воздухе, судорожно ухватившись за оконную раму и молясь, лишь бы она выдержала мой вес. Да, в моей голове это выглядело намного проще! Я должна была спокойно и быстро вскарабкаться по стене, наподобие Человека Паука, но, видимо, сказывается отсутствие практики, да и я не обладаю сверхспособностями, поэтому просто повисаю как ленивец на дереве, крепко вцепившись в раму, а спиной ударяюсь о противоположную стенку.
Больно, ключица вновь начинает ныть, плечо немного выворачивается, когда я цепляюсь за пластик, как за последнюю соломинку, а ладони и кисти сводит от напряжения, я даже стираю коленку до ссадины в процессе, но всё это приносит свои плоды - у меня всё же получается немного приподняться и поставить локти на раму. Замираю в раскоряченной позе: руками опираюсь на окно, а ногами держусь о стены по обе стороны от себя. Руки дрожат от напряжения, кряхчу, с трудом подталкивая себя ещё повыше, и, наконец, слегка высовываюсь из окна, судорожно втягивая ртом воздух и пытаясь отдышаться.
Перед взглядом разливается глубокая темень, нет даже крохотного намёка на свет, в этот угол дома не попадает ни кусочка лунного отблеска, а на небе я не вижу ни одной звездочки. С трудом получается разобрать в этой беспросветности очертания каких-то кустов прямо под окном. Надеюсь, приземление будет мягким.