Глава 22
- Сеньора Агирре, - Даниэль совсем не удивлён её появлению и, к моему удивлению, знает, кто она, - Вы как раз вовремя. Думаю, вам и вашей падчерице как раз пора вернуться домой.
Он говорит как будто с лёгкой насмешкой, но за ней скрывается что-то другое, неуловимое, что у меня никак не получается прочитать. А затем, одним махом допив свою колу, он тут же отходит и моментально скрывается за одной из дверей.
Карла никак не реагирует на него, словно и не замечая, она полностью сосредоточена на мне.
- Кармела, нам нужно быстрее уходить.
Кого я не ожидала увидеть в этом месте, так это Карлу! Даже Даниэль не удивил меня, он словно моя тень – всё время оказывается рядом. Но что здесь делает моя мачеха, которая последние несколько дней даже из комнаты не выходила?
Давлюсь вопросами, которые застревают в горле, когда бармен внезапно наклоняется через стойку к нам и радостно кричит, смотря на Карлу:
- Ого, это кто же к нам пожаловал? Сама Сторми!
Что? Какая ещё Сторми?
Карла, словно по мановению волшебной палочки, в миг теряется, странно прячет глаза, шаря ими по сторонам, а по её лицу начинают расползаться какие-то красные пятна.
- И не здоровается даже! Что, замуж вышла и теперь нас как будто не знаешь? – бармен никак не унимается, подмигивая сначала Карле, а потом и мне.
- Пойдём скорее. – она суетливо тянет меня за руку, пытаясь отвлечь и поскорее увести от разговорившегося бармена.
- Стой-стой, подожди. – я прилагаю усилия, чтобы ей не удалось сдвинуть меня с места, и спрашиваю у бармена, также перегибаясь за стойку и указывая на Карлу, - Ты знаешь эту женщину?
- Конечно, это наша лучшая танцовщица, правда, в прошлом. – он хитро улыбается, а Карлу начинает мелко трясти, так, что даже её рука, лежащая на моей, вибрирует.
Больше я ничего не спрашиваю, и просто даю Карле наконец увести себя из ставшего враз чересчур тесным и душным клуба на свежий воздух.
По улице мы идём молча, пока Карла, тяжело вздохнув, всё же не решается нарушить тишину.
- Я не буду спрашивать, какого черта ты забыла в этом месте. Но ты должна пообещать мне, что никогда больше туда не пойдёшь. – говорит она как ни в чем не бывало.
- А вот у меня много вопросов, Сторми. – язвительно отвечаю ей.
- Задавай. – чуть погодя, наконец, решается она.
- Значит, ты в прошлом стриптизёрша? – прямо в лоб задаю главный вопрос.
- Это не стриптиз! – тут же пылко возражает и уже тише прибавляет, словно оправдываясь, - Это просто танцы, гоу-гоу.
- Просто голые танцы? – невинно уточняю я.
- Не голые, мы танцуем в купальниках.
- В которых всё видно.
Она вновь замолкает, не находясь с ответом. Всё-таки Карла не дура и понимает, в каком положении находится.
- А папа знает, чем ты занималась?
Выдержав паузу, она нехотя отвечает:
- Да. Он всё знал, с самого начала.
Едва не задыхаюсь от осознания, на кого отец променял нашу маму.
- Отвратительно. – цежу сквозь зубы. – Ну что ж, это его выбор.
Мы подходим к припаркованной неподалёку машине Карлы, которую отец купил ей совсем недавно. Уже третью в её личном автопарке. Каждый раз мне кажется, что он скупает ей их, как утешительные игрушки, ведь сам дома практически не появляется.
А мне, после только что узнанного, даже противно садиться рядом с мачехой. Не знаю, какие чувства испытываю сейчас больше всего: досаду, злость на папу, отвращение к бывшей профессии Карлы или обиду за память мамули. Но скорее всего все вместе.
***
А дома я первым делом иду к папе, как раз вернувшемуся с работы, прямиком в его кабинет.
- Кармела? – он слегка морщится при виде меня в дверях кабинета и вновь зарывается в какие-то бумажки за столом, бурча под нос, – Я занят.
- Ты всегда занят! Будь добр, удели хотя бы пару минут своей дочери. Если ты, конечно, вообще помнишь об её существовании!
Не дожидаясь приглашения, я вхожу к нему, небольшими каблучками босоножек утопая в мягком ковре, застилающем весь пол. Это какой-то дорогущий ковёр, подаренный отцу одним из его партнёров, по которому он вообще запрещает ходить в чём-то, кроме тапочек, но сейчас я слишком зла и обескуражена, поэтому кощунственно иду прямо так.
- Ты знал, что Карла пляшет голой в клубе, и всё равно женился на ней? – тут же выпаливаю, не в силах сдерживать эмоции.
Папа ошарашенно молчит. То ли от моей наглости, то ли от самого вопроса.
- Ты знал, и всё равно предпочёл её маме? – продолжаю я, закипая от его молчания ещё больше.
Он встаёт из-за стола и, обойдя его, облокачивается прямо на столешницу, оказываясь вровень со мной, и неожиданно честно признаётся.
- Мы познакомились с Карлой, когда брак с твоей мамой давно дал трещину. С ней всегда было легко. Карла из моего мира. Она знает правила игры и всегда соблюдает их.