Я рассмеялась. — Ты имеешь в виду парня, который гладил свой член, ростом 6 футов, с татуировками?
— Умная задница, — она шутит. — Это место переполнено парнями, о которых мы читали в книгах. Это чертовски безумно.
Наши ноги болтаются, когда мы поднимаемся высоко в небо. Теплый ветерок касается моей кожи, и как только мы начинаем кружиться, кончики пальцев Мэнди поднимаются по моей обнаженной ноге, чтобы нежно потереть мой клитор.
У меня вырывается стон удовольствия, когда я оказываю ей ответную услугу. Мы так высоко в воздухе. Обнаженные. Кружимся по кругу. С видом, который так же ошеломляет, как ощущение ее рук на мне.
Я смотрю вниз, наблюдая, как люди трахаются повсюду. Скамейки, трава, аттракционы. Палец Мэнди скользит внутри меня, и все мое тело дрожит. — Мэнди! — стону.
Она наклоняется ко мне, холодная сталь цепочек касается ее затвердевших сосков. — Я просто хочу, чтобы у тебя была лучшая ночь в твоей жизни.
— Думаю, я уже счастлива, — я в отчаянии откидываю голову назад, когда она останавливается. — Почему ты дразнишь меня? — ною.
— Я не могу держать тебя всю при себе, — она улыбается, притягивая меня для поцелуя. На вкус она как фрукт. Вишни, апельсины и все такое сексуальное.
Я представляю собой дрожащее, мокрое месиво, пока мы продолжаем кружиться. Мы хихикаем и разглядываем достопримечательности. Вода переливается в бледном лунном свете, подчеркивая нежные волны.
У меня такое чувство, что это единственное нежное чувство, которое я испытаю сегодня вечером.
Мы осматриваем территорию, пытаясь разглядеть, что в магазине. Мы все еще впереди, так что в основном здесь только люди и продавцы. Еще несколько аттракционов, игры в дальнем конце слишком далеко, чтобы сказать, что это такое.
Колесо обозрения огромно и находится прямо посреди ярмарочной площади. Это даст нам гораздо лучшую точку обзора, чтобы увидеть то, чего не видно на качелях.
Остальная часть поездки проходит в смехе, мы уже наслаждаемся друг другом.
5
Наша игровая площадка на вечер, мир, отличный от наших напряженных графиков и властных боссов. Нам не требуется много времени, чтобы снова натянуть одежду, и я удивлена тем, насколько комфортно я чувствовала себя без нее.
Неоновые огни и пульсирующая музыка создают опьяняющий фон, когда мы углубляемся в ярмарочную площадь.
За качелями мы замечаем широкую палатку по соседству. Ее окружают полосы ярко-розового и неоново-фиолетового цветов. Кто-то, похожий на вышибалу, стоит за матерчатой дверью. — Что это? — с любопытством спрашиваю я.
Мужчина, который ночью носит солнцезащитные очки, смотрит на меня сверху вниз. — Стрип-клуб «Разгром», не хотите зайти?
— Абсолютно! — мы с Мэнди поем в унисон.
— Помните, — ухмыляется он, раздвигая занавес. — Прикосайтесь к стриптизершам.
Я визжу, что прямо противоположно правилам за пределами этой безумной страны грез.
Из динамиков льется соблазнительная танцевальная музыка, от которой по моей коже пробегают мурашки. Тканевые стены окружают нас, словно гобелен с узорами. Центральная сцена освещена огнями, отбрасывающими манящее сияние на танцующих. Над театром висят огни, демонстрирующие великолепных женщин, танцующих на матово-черных шестах.
Мы садимся впереди, наблюдая, как они умело скользят вверх-вниз. Мой взгляд приковывает женщина с медово-каштановыми волосами. Она очаровательна. Ее кожа блестит от пота, когда она чувственно двигает бедрами по прохладному металлическому шесту, используя ритм громкой музыки, чтобы завлечь толпу.
Ее длинная нога выдвигается, и она поворачивается, обхватывая ею шест, бросая вызов силе тяжести, когда поднимается и начинает вращаться вокруг него. Ее взгляд скользит по толпе, пока она кружится, знойные глаза и рубиново-красные губы посылают нам воздушные поцелуи.
Мы смотрим направо, когда танцоры заканчивают свой номер, кланяются и покидают сцену. Там есть секция только для приватных танцев, и, похоже, это чудесное времяпрепровождение.
— Я хочу танец на коленях! — Мэнди подходит к свободному стулу и садится. Мгновением позже у нее на коленях сидит женщина, которая трется о нее и ухмыляется.
Я сажусь рядом с Мэнди в одно из красных бархатных кресел, ожидая своей очереди. К счастью, великолепная женщина с медово-каштановыми волосами садится на меня верхом.
Кончики ее пальцев скользят по моей ключице, когда она двигает бедрами, покачивая ими в сводящем с ума движении. Я улыбаюсь, вспоминая, что мне не нужно держать свои руки при себе. Я провожу кончиками пальцев вверх по мягкой коже ее спины, пока не добираюсь до ее волос, хватаю их и притягиваю к себе.