— Маловероятно, — бросила я в ответ. — Нет, если только ты не достанешь этого попугая.
Чейз запустил в меня подушкой со своей кровати, и я рассмеялась, бросившись бежать, прежде чем она успела попасть в меня, и помчалась вниз по лестнице.
Я схватила инвалидное кресло, на котором Чейз приехал домой из больницы, и наполовину столкнула, наполовину швырнула его вниз по лестнице в гараж, прежде чем каким-то образом закинуть тяжелую, как дерьмо, штуковину на заднее сиденье моего джипа. Затем я откинула пассажирское сиденье настолько далеко, насколько это было возможно, и подложила несколько подушек в пространство для ног.
Я быстро завела двигатель, затем вывела машину из гаража и припарковала ее у входной двери, не обращая внимания на «Арлекинов», которых Фокс оставил охранять ворота участка, поскольку они бросали на меня любопытные взгляды.
К тому времени, как я поднялась обратно по лестнице, я обнаружила Чейза одетым в шорты, которые я приготовила для него, и ухмыльнулась, представив, как он натягивал их на ногу из-за гипса, мешающего ему согнуть колено.
— Почему ты так улыбаешься? — спросил он.
— Тебе не нравится, когда я улыбаюсь?
— Не совсем так. Ты явно что-то задумала.
— Ага. Мы уходим, несмотря на строжайшие приказы Барсука. А теперь съезжай на своей заднице по лестнице, или мы опоздаем.
— Я не буду спускаться на своей заднице.
Я ухмыльнулась брошенному мне вызову, затем бросилась в его комнату, схватила его костыли и подбежала с ними к окну.
— Роуг, какого черта ты…
Чейзу не нужно было заканчивать этот вопрос, потому что я уже распахнула окно и выбросила из него костыли. Они с громким всплеском упали в бассейн, и я с преувеличенным вздохом прикрыла рот рукой.
— Боже мой, Чейз, твои костыли только что покончили с собой, не желая больше слушать ворчливые слова из твоего рта!
Чейз смотрел на меня, разинув рот, несколько долгих секунд, а затем, наконец, рассмеялся. — Иногда я не знаю, ненавижу я тебя или люблю, — прорычал он мне.
— Любить меня намного веселее, — пообещала я, и побежала через комнату к нему, когда тяжесть его взгляда на мне усилилась, и я была почти уверена, что мы оба подумали о тех трех словах, которые я сказала ему, когда рушился «Кукольный Домик». Но сегодня речь шла о чем-то гораздо более важном, чем наш эмоциональный багаж, поэтому я просто подтолкнула его к двери, не упомянув об этом. — Я съеду на заднице с тобой. Это будет весело. Кроме того, я не могу выдержать твой вес на лестнице, и ты это знаешь. Если ты упадешь, я никак не смогу поддержать твою большую мускулистую задницу, так что съехать — самый безопасный вариант.
Чейз что-то проворчал, когда я повела его за дверь, чтобы усадить на верхнюю ступеньку, но я просто прижалась к нему плечом и наклонилась, чтобы прошептать ему на ухо.
— Кто последний — тот фригидная утка. — Я оттолкнулась от ступеньки, моя задница ударилась о следующую, а Чейз, выругавшись, увлекся игрой, и схватил меня за руку, чтобы остановить мое продвижение, а затем протиснулся мимо меня.
— Эй! — Пожаловалась я, стряхивая с себя его руку, в то время как он весело фыркнул и вырвался вперед.
Чейз продолжал спускаться по лестнице, и я ухмыльнулась ему, поднявшись на ноги и побежала за ним, перепрыгнув через его сломанную ногу и приземлившись у подножия лестницы, когда ему оставалось еще три ступеньки.
— Я выиграла, — объявила я, одарив его улыбкой и протягивая ему руку.
— Ты, блядь, сжульничала, — сказал Чейз, беря мою руку в свою и позволяя мне поднять его на здоровую ногу.
Он споткнулся, пытаясь восстановить равновесие, и в конце концов я оказалась придавленная им к стене у подножия лестницы. Его твердое тело было мускулистым и соблазнительным, и я слишком увлеклась своими пиратскими фантазиями, когда он прижал меня к себе, как девицу, которую нашли дрейфующей в море на куске дерева, а затем затащили на корабль Капитана Эйса, где он вогнал свою мачту в мою…
— Черт. Извини, — сказал он, прижимаясь к стене, чтобы выпрямиться, и быстро провел рукой по волосам, так что они упали на повязку на глазу в какой-то глупой попытке снова прикрыть ее.