Фокс свирепо зарычал, когда Шон протянул руку, чтобы коснуться моей щеки, и рванулся вперед с предупреждающим рыков, на который Шон ответил, развернув дробовик так, чтобы он был направлен прямо ему в лицо.
— Лежать, мальчик, — скомандовал Шон, опустив палец на спусковой крючок, его пальцы были всего в нескольких дюймах от моей кожи, пока я задерживала дыхание и пыталась побороть ужас, который я чувствовала, находясь под ним вот так, зная все, что он сделал с Чейзом. — Если кто-нибудь из них двинется ко мне, пока я разговариваю со своей сладенькой, вы пристрелите их, — добавил он своим людям, и я судорожно сглотнула, когда они еще плотнее сомкнулись вокруг моих мальчиков.
Шон снова потянулся ко мне, сигарета все еще дымилась между его пальцами, когда он провел ими по моей скуле в том же месте, где был красный порез, который я оставила на его лице.
— Думаю, я должен тебе отплатить, не так ли, сладкие щечки? — спросил он, ухмыляясь мне, как кот, которому достались сливки.
— В чем дело, Шон? Тебе не нравится смотреть в зеркало и вспоминать, как я тебя пырнула? — Я посмотрела на его обнаженную грудь, на которой болтался распахнутый халат, и улыбнулась все еще перевязанной ножевой ране, которую я ему нанесла. — Хотя, должна признаться, я надеялась, что ты истек кровью где-нибудь в канаве после нашей маленькой стычки.
Шон ухмыльнулся мне, но улыбка не коснулась его глаз, и он наклонился ближе, чтобы говорить только со мной. Я заметила, как один из мужчин справа от него переступил с ноги на ногу, узнав в нем его второго заместителя или третьего, или черт знает кто он там в его банде, Трэвиса, и он слегка нахмурился, прежде чем снова разгладил черты лица.
— Мне доставит огромное удовольствие снова сломать тебя, сладенькая. Я получу огромное удовольствие, наблюдая, как ты раскалываешься для меня, умоляешь меня и ползешь ко мне на коленях в надежде удовлетворить меня. Я так выверну тебя наизнанку, что к тому времени, когда я дам тебе то, что ты хочешь, и снова превращу тебя в свою маленькую шлюшку, ты будешь петь мне дифирамбы и благодарить за внимание.
— В твоих гребаных мечтах, — прорычала я.
— Каждую данную богом ночь, — согласился он, подмигивая мне и снова выпрямляясь. Он убрал руку от моего лица и затянулся сигаретой так, что вишенка загорелась в бездушной глубине его глаз, пока он упивался моим видом. — Вопрос в том, каким образом мне снова начать эту игру между нами?
— Где Кайзер? — рявкнул Маверик, когда взгляд Шона приклеился ко мне, заставляя мою кожу покрыться мурашками от ощущения какой-то грязи. — Мы хотим поговорить с хозяином дома, а не с его гребаным сторожевым псом.
— О, вы разве не слышали? — Спросил Шон, схватившись за грудь и изображая шок. — Дорогой старый Кайзер сильно облажался. Понимаете, он присматривал для меня за маленьким сокровищем. Хорошеньким-прехорошеньким сокровищем с одним прекрасным голубым глазом — но он взял и упустил его. Я честный человек. Все, о чем я прошу, — это чтобы люди не подводили меня, когда они дают мне обещания. Но Кайзер нарушил свое обещание, поэтому в качестве компенсации за свою ошибку он переписал этот большой старый дом на меня.
— Ты шутишь, — выплюнул Фокс. — Какого черта ему это делать?
— Ты был бы удивлен, узнав, что может сделать мужчина, когда ему ставят ультиматум под дулом моего дробовика, — сказал Шон, наставляя пистолет на Фокса. — Например, если бы я попросил тебя выбрать между твоей жизнью и жизнью одного из людей, стоящих здесь на коленях рядом с тобой, мне кажется, ты бы быстро продал одного из. Если не всех.
— Я бы лучше умер, — сказал Фокс без тени сомнения в своих словах, и брови Шона поползли вверх.
— Вот черт, думаю, ты и вправду это имеешь в виду, да? Даже предателя? — Он направил пистолет на Маверика, и мое сердце колотилось от каждого движения этой гребаной штуковины.
— Я дал тебе свой ответ, — твердо ответил Фокс. — Я никогда не стал бы спасать свою собственную шкуру в обмен на кого-либо из них.
— Даже несмотря на то, что он засовывал свой грязный член в твою девушку? О, я надеюсь, что я не разбил твое маленькое сердечко этой правдой, но я действительно видел их своими собственными прекрасными глазами. Они практически трахали друг друга у всех на виду, — настаивал Шон, жадно ухмыляясь и ожидая реакции Фокса.