Ту же игру случая видел он вокруг себя. Он был в резиденции молодого короля, которого слепое счастье возвело на престол из купеческой семьи и который, смеясь, носил пурпурную мантию и искал в жизни одни наслаждения. Такие же авантюристы окружали его и пользовались не только одинаковыми, но еще большими правами, нежели гордое местное дворянство. Вместе с тем и тихий Кассель, малоизвестный при курфюрстах, сделался резиденцией блестящего двора. Хотя весь церемониал его был составлен по шаблону, присланному из Парижа, но все-таки этикет соблюдался довольно строго и служил кулисами, за которыми разыгрывались всякие комедии и водевили.
Отец Германа, при своем знании света и людей, не колеблясь, отправил сына искать счастья в столицу возникающего государства в надежде, что он здесь легче пробьет себе дорогу, чем где-либо. Он не боялся, что сын собьется с пути. Зная характер и нравственные правила Германа, он был уверен, что, если сердце и фантазия заставят его перейти границы благоразумия, то все-таки он не в состоянии будет погрязнуть в грубом реализме или отрешиться от своих идеалов.
Неделя прошла незаметно для Германа среди утренних занятий и вечеров, проводимых в обществе, но для Рейхардтов это было временем тяжелых забот и беспокойства. Капельмейстер должен был устроить разные дела, касающиеся его должности, и усиленно заняться приготовлениями к поездке. Наконец все было окончено, вещи уложены, и Рейхардт, сделав визиты, решил устроить прощальный музыкальный вечер для своих друзей.
Герман пришел раньше всех. Луиза тотчас же увела его в свою комнату под предлогом, что хочет дать некоторые поручения, которые ему придется выполнить после ее отъезда.
— Какие поручения, Луиза? — спросил Герман, проходя вслед за ней по коридору. — Разве мы расстаемся надолго?
Она ничего не ответила и, войдя в свою комнату, пригласила его сесть рядом с собой на диване.
— Я позвала вас сюда, Герман, чтобы проститься с вами наедине, хотя не думаю, чтобы наша разлука была особенно продолжительна. Но кто может сказать, при каких обстоятельствах мы опять встретимся с вами… Я провожу отца до Гибихенштейна, не доезжая Галле. Вы, вероятно, бывали в этой живописной местности? Стефенс писал, что наше имение сильно пострадало от войны, но, быть может, мне удастся кое-что поправить в доме, чтобы мы могли поселиться в нем с матерью до зимы, а к этому времени отец, вероятно, вернется из своего путешествия.
Луиза говорила таким печальным тоном, что Герман с беспокойством взглянул на нее.
— Что с вами, дорогая моя? — спросил он. — В тот вечер, когда я со свадьбы Морио явился к вам по поручению барона Рейнгарда, мне и в голову не приходило, что сообщенная мной новость может огорчить вас. Я понял из слов ваших друзей, что дело заключается в том, чтобы спасти вашего отца от серьезной опасности и во что бы то ни стало убедить его не отказываться от предлагаемого ему путешествия. Поэтому я с радостью взялся исполнить возложенное на меня поручение, не ожидая, что выйдет из этого… Я не говорю о себе и о том, как мне тяжело расстаться с вами! Никогда не забуду я того дружеского участия, с каким вы отнеслись ко мне по приезде моем в Кассель, и тех приятных вечеров, какие я проводил у вас! Вы первые приютили меня в чужом городе, ваши дружеские советы, Луиза, не раз спасали меня, но чем выразил я вам свою благодарность!..
— Мне приятно слышать, Герман, что разлука с нами не безразлична для вас, и что вы по-прежнему расположены к нам, — сказала Луиза, пожимая ему руку. — Но вы напрасно упрекаете себя! Во всяком случае вы явились к нам тогда с хорошей вестью, потому что отъезд отца из Касселя единственный возможный для него выход. В его годы люди не меняются, а он так неосторожен, что его могла постигнуть несравненно худшая участь…
— Но почему вы сами, Луиза, не хотите остаться в Касселе до возвращения отца? Он должен будет приехать сюда по окончании порученного ему дела! При этом вы имеете в Касселе верных и преданных друзей!
— Вы забываете, Герман, что отца лишили должности, и он только на короткое время вернется сюда, потому что его положение было бы в высшей степени неприятное, да и мне самой не хотелось бы долее оставаться в Касселе по многим причинам!.. Быть может, отцу удастся получить место в Праге или где-нибудь в Австрии, которая скоро сделается единственным убежищем для людей, которые не перестали любить родину и желают принять участие в великих событиях, которые готовятся там. Что касается меня лично, то вам известно, Герман, насколько мне ненавистна вестфальская столица с ее распущенными нравами.