Мне, как я и думала, досталась моя старая комната. Риджа поселили в той, что когда-то принадлежала Логану. Никто не донимал расспросами, не задавал наводящих вопросов о возможной дате ещё одной будущей свадьбы в семье Трупер. Почти не пришлось врать.
– Прости, мам. Просто случилось всё так быстро… Я ведь не собиралась его приглашать. До последнего момента, – я не обманываю. Можно сказать, говорю чистую правду, если опустить некоторые нюансы. – А потом подумала, что вместе с ним мне будет не так… сложно.
– Сложно? По-моему, милая, ты сама всё усложняешь. С самого начала, – многозначительно добавляет она: – Не Майк отменил вашу свадьбу, а ты. Значит, были причины. Рассталась и точка. Твой дом – здесь. Это Майк пусть ищет пятый угол.
Его имя режет мне слух, словно грязное ругательство. Сговорились они, что ли? Сначала Логан, теперь мама. Или появление Риджа само собой снимает заклятие не упоминать Майка всуе?
– Дело не в… Майке.
Произнести его имя оказывается проще, чем услышать, но я всё равно злюсь. Прошлое лезет из всех углов, напоминая о себе. Пусть к этому я худо-бедно успела подготовиться, пока ворочалась днём без сна в своей же бывшей комнате, где время остановилось ещё семь лет назад. Но обсуждать – всё так же невозможно, как и раньше, и делать этого я не собираюсь. Тем более с мамой, которая недолюбливала Майка если не всегда, то с той самой аварии, когда погибли родители Логана и чуть не погибла я сама.
– Не помню, чтобы мы эту тему открывали, мам. Но давай сразу закроем.
– Ссоритесь? Уже? – из коридора за моей спиной доносится добродушный отцовский голос.
– Дискутируем, – мама миролюбиво улыбается, подаёт папе руку.
Отец нежно перехватывает её пальцы, притягивает к себе, обнимая маму за плечи, целует её в висок.
Я невольно расплываюсь в довольной широкой улыбке. Вот оно – реальное подтверждение из плоти и крови, что настоящая любовь существует. И появившееся облако раздражения невесомой струйкой сигаретного дыма испаряется в воздухе.
– Мама просто хочет сказать, Куколка, – отец правой рукой обхватывает меня за талию и прижимает к себе, – что мы тебя любим и сильно скучаем.
– Знаю, пап. – Благодарно чмокаю его в щеку и утыкаюсь лицом в плечо, с наслаждением вдыхая уютный и знакомый с детства запах кедра и едва уловимую примесь табака. В отличие от матери, резавшей по живому без анестезии, отец всегда умел найти правильные слова. – Я тоже скучаю.
– И мы! – Дэниз вклинивается между родителями, втаскивая за собой в образовавшийся круг и Эми.
– «Сила Труперов, правила Труперов» в действии, а? – она со смехом озвучивает предвыборный лозунг матери, обнимая отца.
– А как же иначе? Вместе и навсегда, – добавляет мама. – В горе и радости.
– Вместе и навсегда, – шёпотом повторяю я, крепче прижимаясь к родителям. Если действительно существует жизнь после смерти, если каким-то образом Стив может видеть нас вот такими, в обнимку, вместе, в его комнате, он наверняка счастливо улыбается. Так же, как я сейчас.
***
– Ты не обязан это делать. – Я стою, прислонившись плечом к дверному косяку, и наблюдаю, как Ридж крутится перед зеркальной раздвижной дверцей шкафа.
– Знаешь, я всегда считал, что фиолетовый мне идёт. Но почему-то сейчас… Что-то я не уверен… – Он критично оглядывает себя с ног до головы и останавливает взгляд на вышитом на грудном кармашке справа принте чёрной розы.
Ручная работа и очень дорогая, купленная две недели назад на показе какого-то друга-дизайнера, куда нас затащил Ридж. Помешанный на шмотках, он не жалеет на них денег. Рубашки идут отдельным списком программы, к ним у него особая слабость. В начале нашего знакомства я даже думала, что Ридж – гей. Потом несколько раз застукала его с разными подружками, что развеяло все мои сомнения. Ридж любит женщин и, судя по звукам, им нравится, как он это делает.
– Как думаешь, эта рубашка меня старит? – продолжает рассуждать он. – Или эти брюки? Может, лучше надеть джинсы?
– У тебя они есть?
– Обижаешь! – Ридж перехватывает мой взгляд в зеркале. Пожимает плечами: – Взял на всякий случай. А ещё ковбойские сапоги. Специально купил. Подумал, вдруг мы решим кататься верхом в горах.
– Верхом? Ты имеешь в виду на лошадях?
Он с воодушевлением кивает:
– Здесь же они есть?
– Есть.
У Логана целая конюшня, например. Только откуда Ридж об этом знает? Неужели сёстры растрепали?