— Бутерброды и кока-кола, — недовольно произнес Андрей, — не густо, могли бы и пощедрее быть.
— Слушай, Петрович, а это что такое? — спросил Дмитрия Белов. — Тут темно, я не вижу, — скрипач, близоруко щурясь, разглядывал содержимое маленькой тарелочки, — тут какие-то закорючки. Не знаю, их едят?
Дмитрий присоединился к Белову и склонился над тарелкой.
— Королевские креветки, — уверенно сказал он. — Коля, забыл, что ли, как мы их в круизе ели.
— Точно, — согласился Белов и потом мечтательно добавил: — Пивка бы.
— Скоро нальют, — уверенно заявил Александр. — Хозяева пьяные, гости тоже, значит, сейчас начнут поить музыкантов.
— Ты видела, — возбужденно говорила Маше Вероника, — видела, какое на ней было платье. Ну на той, что сидела слева, рядом с таким лысым грузином.
— Это был еврей, — флегматично вставила Маша.
— Да какая разница! Я тебе про платье, а не про мужика. Такой наряд я видела в бутике Кензо. Знаешь, сколько он стоит? Три тысячи баксов! А ткани там от силы два метра. И сшито не так уж сложно, вот что значит имя!
— Цыгане, сюда! — раздался пьяный вопль с освещенной стороны участка. «Цыгане» нехотя поднялись.
Глава 10
1
Предсказание Александра очень скоро сбылось.
— Мужики, — пьяным голосом позвал кто-то из гостей, — ромалэ, или как вас там, давайте, присоединяйтесь. Налейте цыганам, — приказал кто-то невидимый, и тут же в руках у каждого музыканта оказалось по рюмке с водкой.
Андрей мужественно пытался отказаться.
— Мне нельзя, — не очень убедительно говорил он, — у меня язва, врачи запретили. — Андрей стеснялся признаться, что он «вшился».
Его возражения приняты не были.
— Ерунда, все пьют, и ты пей! — рюмку водки Андрею порывался вручить коротко стриженный блондин лет тридцати пяти. Под плотной тканью костюма отчетливо двигались мощные мышцы.
«Телохранитель», — безнадежно подумал Андрей и понял, что ему не отвертеться. С тайной радостью он принял рюмку и залпом выпил ее содержимое.
Он заметил, что несколько пар изумленных глаз с ужасом смотрят на него.
— Ему же нельзя! — театральным шепотом выдохнула Маша.
— Может быть, обойдется? — предположила Вероника.
Дмитрий стал нервно похлопывать ладонями по брюкам. Он совсем забыл, что в его сценическом костюме нет карманов, а значит, нет и сигарет. Андрей замер, напряженно прислушиваясь к тому, что происходит в его организме. Пока не происходило ничего.
«Видимо, врачи на самом деле все врут. И нет никакой опасности. Просто психическая атака, держат человека одним страхом смерти?»
— Выпили? — раздался бодрый возглас телохранителя. — Теперь давайте пойте и танцуйте Хозяин хочет, чтобы танцевала девочка, вон та, — короткий указательный палец ткнул прямо в Машу.
Маша была к этому готова. Она знала, что чем ярче и пламеннее будет ее танец, чем больше мужчин захотят стать хотя бы на несколько минут ее партнерами, тем больше денег заработает она для ансамбля.
— Давайте «Соколовский хор», — приказал Белов и провел смычком по струнам.
Потом заиграл Александр, через четыре аккорда должен был вступить Андрей, но он стоял неподвижно, вцепившись скрюченными пальцами в гриф гитары.
— Старик, ты чего? — негромко спросил Александр. — Тебе плохо?
Слово «плохо» очень слабо передавало то кошмарное состояние, в которое погружался сейчас Андрей. У него отчаянно гудело в голове, все плыло перед глазами, крупные капли холодного пота выступили на лбу, ноги и руки терзала дрожь. Нечеловеческим усилием он старался сохранить неподвижность. Он чувствовал, что если сделает хоть одно движение, то начнется что-то страшное.
Дмитрий метнулся к нему, схватил под руку и попытался оттащить в сторону, подальше от чужих глаз. Но было уже поздно. Мучительная судорога пробежала по телу Андрея. Он так и не сумел выпустить из рук гитару, его пальцы заскребли по струнам, и инструмент издал пронзительный и безумный звук, от которого у всех присутствующих мурашки побежали по коже.
— Эй, парень, ты чего? — закричал кто-то. — Совсем, что ли? Тебя развлекать людей позвали, а не…