– Нет. Никого нет.
Выдерживаю паузу и спрашиваю:
– Тебе не бывает одиноко?
– Пытаешься залезть мне в голову?
– Для этого мне придется тебя коснуться, а ты скорее сиганешь в море с обрыва.
Опять опускается тишина. Капли продолжают барабанить по металлу.
– У меня нет времени, чтобы почувствовать одиночество, – все же отвечает Крис. – Можешь поспать, как только дождь закончится я тебя разбужу.
– Не хочется. Шум дождя больше не успокаивает.
– Тогда дежурь, – говорит Крис.
Дождь продолжается около двух часов, когда он стихает до легкой мороси, толкаю Криса в плечо. Он открывает глаза и врубает фары, и мы продолжаем дорогу, хотя и с меньшей скоростью.
Я снова вырубаюсь. Крис будит меня, когда мы уже подъезжаем к следующей точке предела моего влияния. В этот раз все проходит достаточно быстро. Поле здесь меньше, хотя урожая они обещают больше. Все дело в том, что недалеко протекает река из-за этого уровень влажности почвы больше.
Так мы проезжаем еще три поля, и они самые огромные. С последнего мы уезжаем под начинающийся дождь. Оба уставшие едем в тишине. Солнце уже опустилось за горизонт.
– Ты хорошо справилась.
– У меня хороший наставник.
Благо дождь не разошелся. Так и моросил, но это все равно снизило нашу скорость. По старым подсчетом Криса мы должны были прибыть еще четыре часа назад. По новым – нам ехать еще два часа, если дождь усилится, то все три.
Машина остановилась.
– Почему мы… – начала я, но тут же замолчала.
Слева от нас, среди деревьев, ходят бизоны, массивные и агрессивные. Они что-то делят между собой, толкают друг друга.
– Почему мы остановились? – шепотом спрашиваю я.
– Если они услышат звук, то побегут на него и растопчут машину вместе с нами внутри, – тихо отвечает Крис. – Будем ждать.
Киваю, чтобы не создавать лишнего шума.
Смотрим в окно, насчитываю восемь бизонов. Когда я видела их тела, сваленные в кучу у поля, они не казались настолько огромными. Деревья, что попадаются им на пути, ходят ходуном, шатаются из стороны в сторону.
Время идет, а они не углубляются в лес, все так и топчутся на месте. Наклоняюсь к Крису и спрашиваю:
– Почему они не уходят?
Крис поворачивается, я тут же отодвигаюсь, мы чуть не коснулись носами, от этого стало как-то не по себе.
– Доедают то, что поймали.
– Не хочу знать, кого они там поймали.
– Открой бардачок, достань оттуда пистолеты. Как я знаю, ты умеешь пользоваться любым видом оружия.
– Не уверена, – шепчу я и открываю бардачок, достаю два пистолета с патронами девятого колибра. – Но этими умею.
– Если что стреляй им в глаза, рот или нос. Их кожа слишком толстая, не трать патроны попусту.
– Хорошо.
Стоит мне только сказать последнее слово, как я вижу что один бизон, к счастью, не самый крупный отделился от всеобщего пира и направляется в нашу сторону. Я даже не заметила, когда дождь перестал отстукивать свою печальную мелодию.
– Крис…
Он отворачивается от меня и смотрит в свое окно.
– Держись, – шепчет он, и через пару мгновений машина срывается с места.
Даже взвизгнуть не успеваю, мы летим по ночной дороге, где в метре с каждой стороны растут деревья. Меня подкидывает на ухабах, так и хочется схватиться за что-то, но руки заняты, я уверенно сжимаю рукояти пистолетов и молюсь, чтобы случайно не выстрелить в Криса.
В последний момент замечаю, как сбоку в машину врезается бизон.
– Кри-и-ис!
Зверь таранит бок машины с моей стороны, и нас переворачивает. Секунда полета, удар всем телом о машину, снова лечу и опять ударяюсь. Капли стекла вонзаются в открытые участки кожи, дух вышибает из тела. Теряюсь в пространстве, не понимаю, где верх, а где низ.
Машина прекращает вращаться, а мир перед глазами продолжает это делать. Черные точки то растворяются, то снова появляются. Во рту металлический привкус крови. Провожу языком по зубам, вроде бы все на месте.
Снизу что-то шевелится, поворачиваю голову и смотрю на черную куртку, провожу взглядом по груди, шее и встречаюсь с проясняющимся взглядом Криса.
Машина лежит на боку, а я лежу на Крисе. Пытаюсь встать, но его рука моментально обвивается вокруг талии и прижимает меня к нему.
– Не шевелись, – еле слышно шепчет он.
Замираю в этом положении и хочу попросить Криса убрать руку, но это создаст лишний шум. Прислушиваюсь к своему телу, вроде бы ничего не сломала, но все отбила.
Не слышу никаких звуков за пределами машины. Возможно, это из-за того, что в ушах еще стоит гул, он уже тихий, но вполне может мешать.
У Криса разбита голова, половина лица измазана в крови. Его взгляд полность стал ясным, и он устремлен вверх, туда, где красуются выбитые окна. Я же как щит для Криса. Если сейчас сверху кто-нибудь запрыгнет, то первой пострадаю я. Но не думаю, что он задумал избавиться от меня именно таким способом.