Заснул. И можно сбежать. Каролине это было необходимо.
Проснулся резко, и сразу зажмурился. Спальня залита светом от люстры. Значит, дали электричество. А потом Леонид рывком сел на кровати. Он вспомнил. Секунд двадцать только этим и занимался. А потом потянулся к валяющимся на полу штанам, достал телефон.
Всего-то на полчаса вырубился, как будто. Хотя ощущения времени его сейчас подводило. Сколько у них с Каро было? Кажется, что все произошло мгновенно, вспышкой. И, одновременно, кажется, что она долго-долго нежилась в его руках, прижатая спиной к ее груди, пока он ласкал ее.
Леонид зажмурился, а потом встряхнулся всем телом. Чувствовал себя на удивление бодро. Будто перезагрузился. Качественно пересобрался.
Нет, другое. Последние несколько месяцев он был как будто замороженный. Все в жизни подчинено одной цели. Понял это Леонид только сейчас. Потому что только сейчас он отогрелся. Как может отогреться сильно замерзший человек — до боли в теле и в душе — от того, что живой. А где же та, которая его такого ослабленного пригрела?
Леонид еще раз оглянулся. Очевидно, что Каро нет в квартире. Ушла к себе. А что ей еще оставалась делать? Леонид хмыкнул сам себе. Нет, он хорош, конечно. Реально после секса вырубился. Ну так такого улетного и не было давно. Если еще и был когда-то такой.
Такой, который спустя полчаса уже хочется повторить.
Леонид разблокировал телефон. Ага, контакт в сети.
Леонид Кароль: Спишь?
Каролина Кузьменко: Нет
Правильно, рано спать. Это я тут слегка накосячил, когда вырубился сразу после. Но сейчас исправлюсь. Только в душ схожу по-быстрому.
Каро заварила травяной чай. Чай не помог. Правда, Каро не очень представляла, от чего он должен был помочь.
От полнейшей смуты в голове? Так у Каролины никогда и не было такой каши в голове, как сейчас. Леонид Кароль — тот еще мастер заваривания каши в чужой голове. Кашевар, мать его!
И кто бы мог подумать? Нет, ну по рукам понятно было, что умеет. Но что умеет ТАК?.. А губами? А языком? Каро почувствовала, что начинают гореть щеки, встала, начала ходить по квартире. Ну что она, как девочка, в самом деле?! Не девочка ведь уже давно. Но и… Но и не женщина, получается. Если не знала, что бывает вот так.
Она нарезала круги по квартире, периодически ныряя в воспоминания о прошедшем и убегая от них, будто обжегшись. И чай ни черта не помогал. А потом пиликнул телефон.
Леонид.
Одно слово-вопрос. Одно слово-ответ. И что дальше?! Ты придешь?!
Каро открыла защелку на входной двери и трусливо сбежала на кухню, пить совершенно не помогающий чай. Это лучше, чем дежурить у двери.
Щелкнул замок. Послышались шаги.
Пришел.
Привалился плечом к косяку, сложил руки на груди.
Каро сделала такой большой глоток, какой смогла.
— Почему не спишь?
— Бессонница.
— У меня тоже.
— А так и не скажешь.
Он усмехнулся. А потом просто раскинул руки. Это какая-то магия, телепортация или еще что-то! Каро так и не поняла, как оказалась в его руках. Прижалась щекой к плечу, почувствовала, как его руки забрались в волосы — Каро так и не собрала их. Довольно выдохнул.
— Извини. Я обычно так не отрубаюсь.
Теперь это было вообще уже не важно. Оно в принципе было не важным. Важным сейчас было другое. Важным было найти ответ на вопрос: "Почему все не укладывается в схему «Пока-пока, до следующего раза»"?! И у тебя тоже?!
— Ты из-за этого сбежала? — Леонид прижимался щекой к ее виску и перебирал волосы. И от этого были такие мурашки по спине… И не только.
— Я просто не ожидала… Что ты такой жаркий. И волосатый, — выпалила вдруг Каро. Теперь собственный уход казался ей инфантильным.
— А я офигел, какая ты гладенькая. Везде. Как леденец. Соса…
Каро заткнула болтливый рот поцелуем. А Леонид отработанным движением подхватил ее под ягодицы. Утащил на диван, посадил верхом себе на колени и… Губами сверху, пальцами снизу. До кровати они в этот раз не дошли.
— Палыч, ты прям волшебник, — Сергей Евгеньевич наблюдал за площадкой. — Пушку мне починил — любо-дорого посмотреть. Не помню даже, когда Кузьменко была в такой форме.
Алексей Павлович кисло усмехнулся, но кивнул. За Каролину было, безусловно, радостно. Но поджелудочная не давала этому чувству отдаться в полной мере. Опять же, въедливый и дотошный в каких-то моментах, в некоторых других вопросах Гвоздев проявлял удивительную слепоту. Вполне возможно, что причина того, что Каролина Кузьменко так летает по площадке, в том, что на шее и на бедре у нее красуются очень уж характерные синяки.