— Это то, что я думаю? — шепотом произнесла Кейт. — Он призрак?
Милана попятилась назад. Ей хватило ужасов, пока сидела одна в разрушенном камбузе. Чудесное восстановление корабля окончательно вывело ее из равновесия.
Дэвид так тихо, как мог, закрыл дверь и повернулся к друзьям. Бледные и уставшие, они смотрели на него, словно ожидая распоряжений. Дэвид старший в их маленькой команде, и, похоже, его только что негласно выбрали лидером.
— Слышите? — Палец Дэвида указал в потолок. — Там, кажется, музыка.
Девушки поежились. С палубы, и правда, доносились звуки, но никто не захотел туда идти. Только на лице Питера появилась заинтересованность.
— Надо подняться, — решил он. — Может, там нам объяснят, что происходит с долбаным кораблем.
— Или отрежут головы, а тела зажарят и съедят, — мрачно проговорила Кейт.
Питер посмотрел на нее, как на ребенка.
— Поменьше смотри триллеров, ладно? Нас не зажарили вчера, не зажарят и сегодня.
— А то, что здесь творится, по-твоему, похоже на комедию? — обиделась Кейт. — Это самый настоящий триллер! Или фильм ужасов. Господи, мне до сих пор кажется, что это всего лишь страшный сон... Ай! — взвизгнула она, когда Питер ее ущипнул. — Совсем ненормальный?
— Видишь? Это не сон. — Он посмотрел на Дэвида. — Ну, что, ваше величество, поднимаемся?
Дэвид пропустил укол. Не то время, чтобы выяснять отношения. Ничего не говоря, он пошел первым. Питер усмехнулся и двинулся следом. Последними, держась за руки, зашагали девушки.
Друзья поднялись на палубу, как на эшафот. Происходящее не пугало только Питера. Он видел в этом развлекательное приключение и, по мнению друзей, совершенно не осознавал ужаса ситуации. Дэвид и остальные старались его не провоцировать, хотя каждому хотелось ударить Питера за громкие шаги и голос.
Дэвид поднялся на палубу первым. Стоял поздний вечер, но все вокруг было залито светом. Прожекторы, фонари и гирлянды не оставили ни единого темного уголка. Корабль выглядел с точностью так же, как прошлой ночью — когда их подобрали.
— Может, то, что было днем, нам приснилось? — робко предположила Милана. — Может, мы просто проспали весь день?
Друзья оставили вопросы без ответов. Каждый, включая саму Милану, прекрасно понимал, что это самообман. Попытка мозга защитить нервную систему от стресса. В подобных случаях — если они вообще происходят с другими, такие случаи, — мозг придумывает рациональное объяснение тому или иному событию, успокаивая человека. Помогая ему не сойти с ума. И пусть тот понимает, что это ложь самому себе, продолжает в нее верить, чтобы сохранить трезвый рассудок.
Милана была уверена, что камбуз ей не приснился. Она хорошо запомнила, как спотыкалась о горы ржавой, покореженной посуды, валявшейся на полу, собиралась от отчаяния пролезть в узкое окно и изо всех сил колотилась в наглухо запертую дверь. Такое не забывается. И вряд ли во сне можно испытать подобный ужас.
Все произошло на самом деле. Днем корабль представлял собой громадную развалину, но ночью случилось что-то странное. Он восстановился, и откуда-то взялись люди.
— Матерь Божья! — прокричал кто-то почти в ухо Милане. Друзья резко повернулись на голос. — Что с вами случилось? Почему вы так выглядите?
Рядом возник мужчина чуть за тридцать, одетый с иголочки. Короткие темные волосы были зачесаны назад и пропитаны гелем. От него приятно пахло. Это же Джозеф, который вчера встретил их и проводил в каюты! Питер первым его узнал. Остальные, еще не до конца отошедшие от шока, не смогли так быстро соображать.
Дэвид выступил вперед. Не то, чтобы он хотел говорить с Джозефом, — он не был уверен, что «созрел» для разговора с тем, кто, похоже, мертв уже много лет, — но побоялся, что Питер может наломать дров.
— Что здесь творится? — задал он вопрос в лоб.
На лице Джозефа появилось смятение.
— Не совсем понимаю вас, мистер. Можете пояснить?
— Что тут пояснять? — разозлился Дэвид. — Этот корабль...