— Регги! — заливаясь слезами, обнимала она внезапно нашедшегося кузена.
— Нарси? — удивленно выдохнул Регулус и отключился, потому что мозг отказывался воспринимать сильно повзрослевших Сириуса и Нарциссу.
Стоило Регу упасть в обморок, как сработала медицинская сигналка, и Сметвик тут же вошел в палату, оттесняя леди Малфой от кровати выздоравливающего.
— Если не хотите лежать рядом с ним, то прекращайте его нервировать, — бурчал Гиппократ, приводя в себя пациента и спаивая ему успокоительное, которое он так и не успел принять.
Брок придерживал Нарциссу, пока Сметвик приводил в себя Регулуса, и думал, что появилась она невероятно вовремя. И пусть это было малодушно, но он с радостью предоставит ей вести этот нелегкий разговор. А себе он оставил переговоры со Сметвиком, потому что оставлять Регулуса в Мунго он больше не планировал. Если даже хрупкая женщина с легкостью проникла в палату, то что уж говорить о других.
Глава 28
Пока Брок договаривался со Сметвиком и Торнтоном о том, чтобы забрать Рега домой…
— Пущу я твоего Патрика, — согласно махнул рукой Брок на требования Сметвика. — Выделю комнату, пусть присматривает, массажи делает, хер с ним. Я и тебе камин открою, если возникнет необходимость.
— Вот это другой разговор, — кивнул Гиппократ, удивляясь разумности этого отдельно взятого Блэка, — тогда я сейчас же отпущу мистера Блэка домой.
Так вот, пока Брок договаривался, Нарцисса решила, что скрывать от Андромеды возвращение Регулуса как минимум жестоко, поэтому отправила патронуса-сойку к сестре с просьбой прибыть в Мунго.
— Регги! — Андромеда спустя несколько минут влетела в палату и тут же бросилась к кровати, на которой лежал бледный Регулус.
— Меда? — неверяще спросил он у неуловимо знакомой взрослой женщины.
— Регги, малыш, — Андромеда обняла его, заливая слезами.
— А со мной ты здороваться не будешь? — спросила Нарцисса, стоя с другой стороны кровати Регулуса и притопывая каблучком.
— Здравствуйте, леди Малфой, — фыркнула Андромеда, приседая в нарочно неуклюжем реверансе.
— Прокляну, — нахмурилась Нарцисса. Она сделала первый шаг и хотела бы, чтобы Андромеда ценила это.
— Взаимно, — Андромеда воинственно посмотрела на сестру. Мириться с выскочкой Нарси она решила только после долгого и обстоятельного разговора.
— Мои леди, — в палату вошел Брок в сопровождении Патрика, мгновенно оценил напряженную обстановку и предложил: — Давайте оставим выяснения отношений, пока не окажемся дома.
Андромеда стояла, хватала ртом воздух и не могла вымолвить ни слова. Но молчала она не потому, что ей нечего было сказать, а потому, что предусмотрительная Нарцисса наложила на нее Силенцио. У Андромеды хватило бы ума сейчас устроить скандал с бурными выяснениями отношений и громогласным объявлением Брока Сириусом. Она всегда была самой несдержанной из них троих, давая фору даже Белле.
— Выписали? — спросила Нарцисса у Брока.
— Да, давайте, дамы, доставим Регулуса домой, — Брок кивнул Патрику, который подхватил Регулуса на руки, как пушинку, а сам Брок взял обеих дам под локотки, и они все отправились к камину.
— Кричер! — крикнул Брок, стоило им выйти из камина. — Надеюсь, ты приготовил комнаты для Регулуса?
Домовик, тут же явившийся на зов, мелко закивал, не сводя обожающего взгляда с бледного Регулуса.
— Проводи Патрика и помоги ему устроить Рега. И выдели комнату для Патрика рядом с Регулусом. Он будет помогать, лечить и присматривать. Вивви!
— Да, хозяин, — домовушка появилась перед Броком.
— Чай в семейную гостиную, — отдал приказ Брок и повел Андромеду и Нарциссу вглубь дома, подальше от любопытных глаз.
— Что здесь происходит?! — Андромеда, наконец-то сбросившая Силенцио от Нарциссы, вывернулась из руки Брока и встала напротив, держа палочку в руках. Она рассматривала знакомого-незнакомого мужчину, и у нее буквально двоилось в глазах. Ей казалось, что она видит перед собой Сириуса, которого вот только-только оплакала, когда узнала о его смерти в Азкабане, информация о которой прошла в разделе некрологов в «Пророке», а с другой стороны, это был совершенно другой мужчина. Чужой. Но тогда почему он вызывал в ней такое чувство родства? Андромеда всегда была чувствительнее своих сестер, ее почти невозможно было обмануть, если она сама не хотела обмануться. И теперь у нее ум за разум заходил от несоответствия между тем, что она видит, и тем, что чувствует.
— Меда, — Нарцисса аккуратно подходила к Андромеде, — убери палочку, мы все объясним.