"Как павлин, идущий на растерзание".
В дверь раздался звонок, предупреждающий о том, что час казни настал и совсем скоро ей предстоит встреча лицом к лицу с главными тварями этого города. Надев на глаза завершающий элемент в виде кружевной маски, прошла к выходу из комнаты, готовая бороться до конца за свою жизнь.
"Кара небес — услада для ада,
Кому я отдам свою душу терзать?
Мои ошибки живая награда
Для братьев по крови пора выступать.
И тешит их пыл, моя безысходность,
И кроме нее во мне нет ничего.
Моя маска упала в темную пропасть,
Я словно среди устрашающих псов.
Не упасть на колени средь страшного сброда,
И нет больше страха приговор подписать.
В моих руках чужая свобода,
Сегодня я маскарадный палач."
Глава 7. Часть 1: «Кладбище надежд»
"Помоги мне Господь бог, если ты есть" , — подъезжая к месту назначения, молилась Диана перебирая гофрированную ткань подола.
Что-то внутри тряслось от страха неизвестного. Ведь даже в глубине души девушка понимала, что туда куда она едет нет место богу. Сидя в черном тонированном минивэне, она пыталась рассмотреть округу.
"Бежать некуда, все оккупировала охрана", — быстро сделав печальный вывод, понимая, что даже будучи в сговоре с кем-то Кеплер не смогла бы убежать далеко.
Театр окружали люди в черных бойцовских костюмах с эмблемами "королей". Они стояли в стойке, как статуи держа у груди автоматы. Их лиц невозможно разглядеть из-за скрывающей маски, что показывала лишь глаза.
"В этом сезоне они удвоели охрану", — подметила девушка, сжимая пальцы в кулаки.
— Почему здесь так много охраны? — донёсся шепот сзади.
— Я слышала, что в прошлом сезоне группа сопротивления хотела накрыть лотерею, их было около 30. Они расстреляли половину охраны черного скорпиона, но и сами потеряли много своих, — начала шепотом отвечать девушка, наклонившись ближе к парню, — тем более в этом сезоне будут участвовать сливки мафиозного общества.
"Много тогда наших погибло..."
***
В тот день Бринкс посчитал нужным отправить всех желающих сопротивленцев в бой. Среди них были подготовленные солдаты, служившие когда то в армии, мирные граждане, что боялись за будущее своих близких, даже подростки желающие защитить себя от собственной участи. Каждый из них шел туда из-за страха и горя нависающим над всеми уже долгое время.
Диана и Кевин сидели в разведке на крыше торгового центра. Их задача заключалась в быстром докладывании любой информации о набеге до того, как группа атаки сможет спрятаться.
— Диана, с правого фланга бежит охрана черного скопирона, — проговорил Кевин смотря одним глазом в оптический прицел винтовки.
— Блять, — разозленно стиснула зубы, — сколько?
— Насчитал 20.
И тут нервы Кеплер не выдержали, она подняла рацию к губам и со всей силы сдавила кнопку, вызывая к разговору главного командующего.
— Маркус, уходите от туда, охрана черного скорпиона на подходе.
— Мы практически подобрались к главным воротам, нельзя отступать, — грубый голос солдата пробасил спустя минуту после указаний.
— Он издевается? — гаркнул Кевин, недовольно цокнув.
— Маркус, на кону не только твоя жизнь, но и жизни других людей, которые могут не выстоить перестрелку. Живо валите оттуда, — переполненная злобой, Диана пыталась не закричать.
В ответ послышались помехи, от чего сердце под ребрами сделало кульбит.
— Маркус!
Неприятное чувство зародилось внутри, погружая в панику.
— Маркус, твою мать!
И снова тишина. Сколько бы она не пыталась кричать, сколько бы не молила ответить, никого на другом конце больше не было.
— Эти люди не подготовлены к такой опасной операции, — прошептала, обращая внимание на Кевина.
Возле входа в театр послышались выстрелы. Первые патроны сопротивленцев угодили в цель. Три охранника лежали бездыханными телами на обитой плитке у подножья театра.
— Кевин, где Шери? Она должна была установить бомбу возле дверей, — прокричала Диана ложась в то же положении, что и друг.
— Не знаю, уже 6, она должна подорвать эти чёртовы вороты, — прокричал парень, прицеливаясь.
Выстрел с винтовки оказался не таким громким, как выстрелы внизу. Поморщившись от зрелища, что разворачивалось перед зелёным взором, девушка отвернулась, пытаясь привести дыхание в норму. Она нервничала, ужасно нервничала. Ей не хотелось видеть войну, к которой привел их режим. Все что сейчас происходило не что иное, как выживание, никак не жизнь. Каждый день, каждый месяц был на счету и никогда не знаешь, в какой час тебя настигнет смерть.