Она ничего не скажет, чтобы уберечь их от этого мира. Не станет подвергать опасности тех, кого любит. Когда Афина принесла маленький кнопочный телефон, она поняла, что большую часть информации придется скрыть:
— Я отдаю вам телефон, но вы должны знать самое главное. Все телефоные разговоры прослушиваются. Вам нельзя говорить о вашем месте положения, нельзя упоминать о делах мафии и ни в коем случае не упоминать о делах самого Мистера Беннеди. Все что касается вашего мужа должно быть конфиденциально.
От напоминания, что он ее будущий муж, все внутри содрогается в ужасе.
"Как можно за него хотеть выйти за муж?»
— Конечно, скажу обо всех невзгодах, если они будут, — Диана врала, пытаясь не разрыдаться.
"Эта ложь во благо, в ней есть смысл"
— Мы любим тебя, прошу только звони почаще.
— Я тоже вас люблю, но хочу попросить кое о чем, — Диана достала из пачки новую сигарету, поджигая трясущимися руками.
— Все что угодно, — Уил был готов выполнить любую просьбу, лишь бы дочь не чувствовала себя плохо.
— Свяжись с Кевином и Шери, пусть позвонят мне на этот номер.
— Свяжусь, не переживай. Только не плачь, — умоляющий тон папы погружал в еще большее отчаяние. Сдерживать рвущиеся эмоции становилось все сложнее, а последние капли самообладания достигали пика.
— Я пойду, ты не сильно сердись на Свен, она тоже переживает, только по своему. Будь менее строг с ней. Я люблю вас, — закончила Кеплер, резко положив трубку.
1,2,3 секунды и плотина прорвалась. Горячие слезы стекали по щекам, перемешиваясь с косметикой. Сил не было даже держать сигарету, которая уже пол минуты догорала среди потухшего пепла.
– Как можно быть настолько жестоким? В нем есть что-то святое? — захлебываясь в собственном горе, Кеплер пыталась унять панику. Эмоциональный барьер постепенно рвался, доводя до безумия. Ее жизнь больше не будет прежней, больше никогда не будет прежней жизни, а значит пора сыграть ту, кем в скором времени она станет.
«Хочешь поиграться, монстр? Я заставляю тебя молить о пощаде», — переполненная злобой, Диана схватила рядом лежащую пепельницу, кинув со всей силы на пол. Фарфор разлетелся на куски распластавший по всему пространству. Много маленьких частичек перестали быть единым целым, став чем то одиноким, как и она сама. Разбитая, одинокая, сломленная.
— Афина! — громко крикнула Диана.
Через считанные минуты женщина стояла на пороге комнаты, с удивлением смотря на осколки.
— Что здесь произошло?
— Пепельница упала, — скудно ответила та, распуская растрепанный пучек, — скажи слугам убрать это.
Повернувшись к зеркалу, начала рукой стирать темные дорожки туши.
— Да, конечно, — Вуд слегка поклонилась направившись к выходу.
— Афина, — позвала Кеплер, смотря в отражение зеркала, — тут поблизости есть какие нибудь бары или клубы?
Женщина сделала еще больше удивленное лицо, задумавшись над вопросом молодой хозяйки.
— Диана, не стои...
— Я не спрашивала твоего мнения, — отчеканила она, повернувшись лицом к управляющей. Сделав шаг вперед, в босую ногу впилось пару осколков, — мне ясно дали понять, что я имею право передвигаться по местам принадлежавшему моему мужу, так что я хочу поехать в одно из его заведений.
Продолжая идти вперед каждый раз натыкаясь на новые осколки, Диана не отступала. Моральная боль давно завладела ей, поэтому физическая ощущалась чем то легким, как укус комара.
Афина в страхе уставилась на женские ступни, из которых хлестала кровь пачкая пол позади себя.
— Пусть горничные приведут мою спальню в порядок и приготовь вечернее короткое платье, я поеду веселиться, —подойдя вплотную к Вуд, Кеплер слегка улыбнулась, походя на обезумевшую.
Женщина съежилась под натиском пристального взгляда, не зная как поступить.
— Но Господин Беннеди, уехал на сделку. Я не могу отправить вас без него...
«На сделку говоришь», — задумавшись над словами управляющей, девушка расплылась в еще большей улыбке.
— Тебе и не придется. Где будут проходить переговоры?
— Клуб «Искуситель», — быстро ответила та, сглотнув ком стоявший в горле.
— Отлично, тогда поеду именно туда, скажи водителю, чтобы отвез меня к мужу, — со злобным ехидством завершила Диана, отойдя в сторону.
Красный след продолжал тянуться за ней, прочерчивавший дорожку до самой ванной комнаты.