Ее научили всегда быть готовой к бою, всегда биться до конца, даже если проигрыш не минуем.
— Сейчас я возьму твое хрупкое тельце, отвезу к себе в отель и буду веселиться до тех пор, пока не станешь молить о прощение, — Стенвин чувствовал превосходство, думал что владеет положением, позволяя различного рода угрозы. Диана понимала, что, возможно, это последние минуты жизни, которые проживала здесь и сейчас, но быть в козлом отпущения она не собиралась.
— Я лучше сдохну в канаве, чем стану твоей подстилкой, — сделав разворот через левый бок, удар пришелся каблуком в живот. Артур согнулся пополам, говоря под нос ругательства на французском.
— Сука, я тебе устрою, — кричал мужчина, держась обеими руками за живот, — S'en en se sais
Наступил тот самый момент, к которому ее готовила жизнь. Она давно смирилась со своей судьбой, ожидая такого исхода событий. Совсем скоро она отправится к маме и это единственное, чего требовало сердце перед смертью.
Время замедлилось, лазерный прицел гулял по грудной клетке, выбирая уязвимое место. Глаза сами закрывались, унося сознание в глубокие воспоминания детства.
«Мама, я скоро приду к тебе», — Перед взором проносилась вся жизнь, которую Кеплер отпечатывала у себя в памяти, как последнее хорошее, что она унесет с собой к Богу.
— Опустить оружия, — до ушей дошло шептание Люцифера, поднявшийся из самых глубин, чтобы лично забрать ее вниз, — если хоть один выстрелит, каждый из вас пожалеет, что родился на этот свет, — мужской баритон прорезал коридор, обращая внимание назад за спины охранников.
— Даниэль? — повернулся Артур в полусогнутом положении, — что это значит?
Охрана расступилась в стороны, давая пройти главному королю этого вечера. Беннеди выглядел, как Сатана заключающий сделки на души. Каждый замер в ожидании, пока тот вышагивал вперед к главе Гепардов.
— Артур, Артур, ты совсем не понимаешь, что натворил, — поправляя свои перчатки, Даниэль без колебаний продолжал парировать, — всем поступкам есть придел, черта, которую переходить нельзя. Но ты перешагнул ее.
Встав напротив него, Беннеди схватил подбородок Стенвина, зажав в ладони.
— Ты из-за этой потаскухи? Мог бы сказать, что она тебе понравилась, я бы не стал ее трогать, — скулел тот, стараясь вытащить лицо из мертвой хватки.
Наблюдая за всей ситуации, у девушки стали подкрашиваться ноги. Кеплер видела, как на скулах Даниэля играли желваки, делая лицо еще более суровым. Он был самим дьяволом во плоти.
— Эта потаскуха, как ты выразился, моя жена. Ты тронул мою жену и врезала тебе моя жена за то, что ты последнее мудило не знающее слово «нет», — мужчина завел одну руку себе за спину, вынув из кобуры пистолет.
— Даниэль, дружище, ты чего. Я же... я же не знал, — с неподдельным страхом говорил Артур, упав на колени, — умоляю, не надо. Такого больше не повторится.
«Он его убьет», — испугалась Кеплер, сделав шаг вперед.
— Не надо, прошу тебя, — слова оказались быстрее мыслей, вырывая из уст предательскую мольбу. Зачем она просит сжалиться над тем, кто минуту назад ее чуть не убил? Она сошла с ума? Возможно. Но, смотреть на палача с секирой зачитывающий приговор Диана не была готова.
Подняв взгляд на девушку, Даниэль заметил наполняющийся слезами глаза, говорящие обо всем без слов. Минуты хватило, чтобы принять решение, о котором он будет жалеть еще долгое время.
Не выпуская ее из виду, мужчина нанес удар рукояткой пистолета по виску Артура, от чего тот свалился без сознания.
— Унесите его в подвал и скажи охране следить за ним, когда проснется. Я подойду чуть позже, — приказал Беннеди, обратив внимание на только подошедшего Форда.
— Будет сделано, — четко ответил помощник, жестом показав следовать за ним.
Пара здоровых охранников подошли к лежащему телу, поднимая по обе стороны за руки. Стенвин висел на крепких плечах, будто кукла, брошенная своим кукловодом.
Как только последняя тройка людей скрылась за поворотом, девушка облегченно выдохнула. Кеплер все еще трясло от адреналина, возникший во время прощания с жизнью. Она была на волоске от смерти и удержал ее на этом волоске он. Глава синего дракон, ее муж.
— Я хочу домой, — выдавила из себя Диана, не в силах пошевелиться.
— Я тебя отвезу, — коротко ответил он, подойдя ближе, — почему ты трясешься?