— Мне пора уходить, — оповестила Диана, закладывая пустые чашки в мойку, — но я буду приезжать к вам, так что я не прощаюсь.
— А почему ты не хочешь говорить о своей освобождение Шери и Кевину? Мне казалось ты хотела их увидеть не меньше, чем нас? — начала Свен, подавая ей излюбленную серую толстовку.
— У них много своих дел, не хочу их беспокоить, — соврала Кеплер, притворно улыбаясь, — прошу не говори им, я не хочу, чтобы они знали. На самом деле, мой приезд вообще оставить в тайне ото всех. Иначе могут начаться лишние вопросы.
— Конечно, милая. Мы понимаем к чему ты клонишь, — заверил отец, вставая со своего стула.
— Ну чтож, сказать честно, я до сих пор поражена, что он тебе разрешил такое. Я думала у них там все строже, — наматывая рыжий волос на палец, задумалась сестра, — во всяком случае, он не такой говнюк каким я его считала.
Мистер Кеплер сузил глаза на высказывание младшей дочери, но решил ничего не говорить, когда услышал легкий смех Дианы.
— Ты права, во всем. Я тоже так думала, до определенного момента, но это не значит, что все кланы такие снисходительные, — задумалась она, после чего ее лицо стало серьзоным— не влипай в неприятности, пока меня нет.
Пригрозив указательным пальцем, девушка посмотрела на отца:
— Присматривай за ней.
— За этим клубком проблем трудно уследить, — посмеялся Уил, подходя к обеим дочерям, — как же иначе.
— Эй, я вообще то еще здесь, — возмутилась Свен, надув губы, словно маленький ребенок.
— Идите ко мне, — схватив обеих в охапку, мужчина прижал обеих дочерей к себе, — пытаюсь за помнить этот счастливый момент.
Без лишних перереканий обе девушки обняли отца сцепив свои пальцы у него за спиной. Только семья могла понять ее. Только родные руки могли передать то самое тепло, которое требовало сердце.
«Жаль, тебя нет рядом, мам», — последняя одинокая слеза скатилась по щеке, перед тем раствориться в клетчатой рубашке отца.
Когда девушка прибыла в особняк, она не знала чем себя занять. Не смотря на приближающуюся ночь, Диана не хотела спать, чувствуя острое желание изучить окрестности.
Осмотревшись по сторонам, та не смогла найти чужое присутствие рядом с собой. Тревис уехал на стоянку, Афина хлопотала на кухне и раздавала поручения горничным, а Даниэль… Она не знала, где он. Она даже не была уверена прилетел ли он из Италии…
«Почему бы не погулять», — плюнув на все, ноги повели ее в сторону прекрасного сада, освещенного тысячами огней от гирлянд. Сочетание желтого света и чарующего запаха цветов, сильно дурманило женскую голову, маня в свои степи.
Тени сплетались в причудливый узор, а лунный свет, словно жидкое серебро, струился меж лепестков. Она любила этот час — когда мир замирал, и только цветы, одурманенные ночью, шептали ей свои тайны.
Белые лилии, словно призраки, покачивались на тонких стеблях, обволакивая воздух сладким, почти пьянящим ароматом. Диана провела пальцами по их бархатистым лепесткам, и капли росы, словно слезы, скатились ей в ладонь.
Дальше — темнота, густая и бархатистая, но её это не пугало. Напротив, она улыбнулась, чувствуя, как в груди разливается странное тепло. Где-то впереди, в чаще кустов, мерцали огоньки светлячков, будто звёзды, упавшие с неба и запутавшиеся в листве.
Она наклонилась к кусту ночных фиалок, вдохнула их горьковатый, пряный запах.
— Маленький кусочек Рая… — прошептала в цветы она, продолжив свой путь дальше.
Огибая кустарники и деревья, Диана вступила на тот самый мостик, на котором и состоялась первая встреча с Беннеди. Она остановилась на нем с затаившемся дыханием смотря на журчащий ручеек.
— Ау, — зашипела Кеплер, встряхнув запястье, на котором покоился браслет. Легкий ток прошелся по венам, пробивая на дрожь, — что за?
Девушка обернулась назад увидев его; облокотившегося на дерево одним плечом на дерево. Он стоял и курил держа в одной руке сигарету, а вдругой маленький пульт. Его непоколебимость ощущалась в воздухе, словно он передавал ее воздушно капельным.
— Обязательно было это делать?
— Мне же нужно было привлечь твое внимание, бесстрашная, — выкурив последние остатки сигареты, Даниэль начал подходить к ней.
Его темная фигура казалось устрашающей среди хрупкой красоты природы. Из под черной водолазки виднелись очертания перевязки, от чего Диана невольно задержала взгляд на раненом месте. Совершенно спятила.