Когда Шон рассказал историю младшего брата, то девушка думала, что сойдет с ума, от осознания в каком страхе он жил все эти годы.
Она не могла больше терпеть.
— Пойдём,— тихо сказала она, проходя мимо него.
Он повернул голову, вопросительно подняв бровь, но так ничего и не сказал, подчинившись.
Крыша многоэтажки — идеальное местом для переговоров. Думала девушка, когда поднималась по лестнице вверх со стиснутыми зубами.
«Не самая лучшая из моих идей», — подумала она, прислушиваясь к шагам сзади себя.
Холодный ветер ударил в лицо, когда Диана толкнула скрипящую дверь. Данное место являлось одним из любимых, ведь только в таких местах она чувствовала себя хотя бы капельку свободно.
«Крыша Кевина» видела много слез и веселья, именно это место не терпела лжи. Диана хотела поговорить именно здесь, где нет посторонних глаз, где он сможет раскрыться ей, как тогда на поляне.
Ветер свободно гулял, срывая с труб клочья старого дыма, играя с женскими волосами. Воздух пах дождём, железом и далёкими выхлопами — запах большого города, который никогда не спит.
Кеплер посмотрела на выцветшее граффити: «Неубиваемые". С ностальгией улыбнувшись.
Над головами висело чёрное небо, без звёзд, только мутный отсвет городских фонарей.
Это место между небом и землёй.
Между прошлым и будущим.
Между правдой и ложью.
И сейчас здесь только они двое, готовые на все ради выживания.
Диана подошла к краю, оперлась на парапет.
— Ты пришел за мной. Почему?
Даниэль стоял в паре шагов, его руки в перчатках сжались в кулаки.
— Люблю приключения, — попытка уйти от вопроса стала безуспешной. Кеплер смотрела на него все так же в ожидание правды.
— Хватит этого. Мы и так многое сделали.
Его молчание было громче слов.
— Бесстрашная, ты действительно оказалась отличным агентом, — его глаза следили за каждой эмоцией. — Настолько, что мне пришлось предать семью ради тебя.
— Зачем? — она сделала шаг к нему, чувствуя как сердце начнет биться чаще, — Ты мог просто оставить меня там. Именно так ты и поступаешь с предателями.
Даниэль резко притянул ее к себе за талию.
— Я выбрал тебя еще во время клеймирования. Возможно, я догадывался уже тогда, кто ты есть, а может я просто видел в тебя себя, — он прижался носом к ее носу, закрыв глаза, — во мне что-то сдвинулось в ту ночь, когда узнал кто ты.
Эти слова повисли в воздухе. Диана сжала губы, сдерживая слезы.
— Я влюбилась в того, кого раньше ненавидела.
Он поднял голову. Ветер трепал его тёмные волосы, делая лицо ещё резче.
— Я влюбился в ту, что предала меня, — Беннеди смотрел в ее глаза наполненные отчаянием, — ты заставила почувствовать меня, что я для кого-то что-то значу.
Она принимала каждое его слово, пропуская через себя.
— Нас убьют, — прошептала она, — твой брат не простит этого.
Даниэль вдруг сорвал перчатку и положил ладонь на шею. Неровные, грубые шрамы тянулись от пальцев до запястья.
— Мне не нужна такая семья, — он провел пальцами к ее перебинтованным рукам, подняв их на уровне лица, — мне нужна ты.
Его губы коснулись голого участка кожи. Он целовал ее костяшки, посылая в каждый из них чувство безопасности.
— Даниэль, — Кеплер привлекала его внимание, — что будет дальше?
Мужчина замер, анализируя ее слова.
— Шон думает, что я в особняке. Он не знает, что именно я тебя освободил.
— Как ты узнал, что я там? — она медленно прикоснулась к его ладони.
— Когда Генри тебя привез, ему сразу же поступил звонок от одного волка, который сообщил о похищении твоей сестры.
Диана тяжело вздохнула, закусив нижнюю губу.
— Я знал, что ты не отступишь. Знал, что найду тебя именно там, где обитает опасность, Бесстрашная, — Даниэль наклонился ближе и его губы растянулись в легкой улыбке.
— Я должна была, понимаешь? Она моя сестра.
Их лбы соприкоснулись и Беннеди оставил мимолетный поцелуй на ее губах.
— Я знаю, я бы поступил так же.
Время остановилось, растворяя влюбленных в этом моменте.
Где-то вдалеке завыла сирена. Девушка отстранилась, серьезно посмотрев вдаль.
— Что это?
— Шон собирает круг на собрание.
Глава 25: «Последний танец»
Гул вентиляции, мерцающие экраны с картами города, беготня агентов — всё это создавало атмосферу напряженного ожидания.