– Ешьте ложками, – велел он, – это сытно и вкусно. Вот и вся наша еда, затем можно ложиться спать.
Мякоть плода напоминала картофельное пюре, только холодное. Я запила еду остатками минералки, потом достала пачку сухариков с изюмом и предложила Иоко и Луке.
– Все отлично, но хлеб не помешает, – пояснила я.
– Точно, – тут же согласился Лука, – давно не ел ничего такого. Как только попадем домой, стану есть и есть. Сосиски, мороженое, сухарики. Иногда так хочется пломбира в шоколаде, что просто живот сводит.
– У тебя не может сводить живот, у тебя его нет, – усмехнулся Иоко, – поэтому не придумывай.
– Я не придумываю! Это мои воспоминания. Тебе не понять… – Лука вдруг поперхнулся, виновато уставился на Иоко и тихо проговорил: – Извини.
В отличие от Ханта Лука был нормальным добрым парнем.
Иоко все понял.
– Странное дело, – проговорил он, пристраивая Посох рядом с собой, – пока вы со мной, я все больше и больше вспоминаю прошлое. И ничего не забываю из настоящего.
– Только не говорите, будто это из-за того, что я Отмеченная, – тут же возразила я, даже не успев толком прожевать сухарь.
– Не будем, и так ясно, что причина в этом, – заулыбался Лука.
– Я здесь ни при чем. Это все призраки. Это они первыми начали вспоминать.
– А кто вывел к призракам? Кто привел к нам Иоко? – тихо напомнила Эви.
– Это получилось случайно. Здесь вообще все случайно, – не сдавалась я.
– Наоборот. Тут все не случайно, пора бы уже понять, – наставительно сказал Иоко. – Как бы там ни было, но тебя, Со, надо уже обучать. Раз у тебя теперь есть Посох, ты должна уметь им владеть. Вот этому я и стану учить тебя.
Ладно, подумала я. Ладно. Пусть учит. Только сейчас мне хотелось спать. «Карты Безвременья» я почитаю позже, когда проснусь.
Я поймала себя на мысли, что почему-то боюсь загадочной книги, словно на ее страницах спрятаны какие-нибудь черви или другие опасные твари. Книга лежала в моем рюкзаке, видна была ее кожаная обложка, и корешок выглядывал из-под моих клетчатых рубашек и как бы хитро подмигивал мне.
Я собиралась лечь спать, мне не хотелось вычитывать ничего диковинного и загадочного, но руки уже тянулись к «Картам Безвременья». Вот книга оказалась у меня на коленях, ее страницы раскрылись, и я достала свой рисунок, сложенный вдвое – иначе он не поместился бы в книге.
Башня Иоко. На очередной странице книги была изображена карта. Черные линии на желтоватой бумаге, красные и синие надписи, загнутые уголки страниц. Видно было, что картой пользовались, и часто.
Город Ноом недалеко от башни Иоко, синяя дорога, синие травы, Убежище, Мышиная лестница. Место, где находился портал.
– А нельзя вернуться домой через портал на Мышиной лестнице? – вдруг осенило меня.
Мысль показалась такой простой, что я чуть не подпрыгнула от удивления
– Нет, – тут же ответил Лука. – Не суйся туда никогда. Попадешь в мир лусов, это точно. Об этом тоже написано в книге, тебе надо просто почитать. Все порталы в здешних местах настроены на мир лусов.
– А перенастроить нельзя? – не унималась я.
– Ты умеешь это делать? – сухо спросил Иоко.
– Я – нет. Но ты же Чародей, ты должен уметь!
Иоко усмехнулся, отрицательно покачал головой.
– Нет, не умею, – сказал он, – нужны особенные силы, чтобы открывать проходы в другие миры.
– Но ведь ты открыл открыл как-то проход из моего мира. Помнишь? Карта завертелась, ты достал свой ключ, что висит у тебя на шее, и открыл.
– Порталом работала карта. Она у тебя сейчас есть?
– Нет.
– И у меня нет. Она вернулась в твой мир. Это путь в один конец. Карта всегда возвращается, и сделать портал из Безвременья с ее помощью не получится.
– Это плохо. Мог бы и догадаться, что ее надо забрать, – сказала я.
Иоко не ответил, и я принялась читать книгу.
#Глава 14
Ноом и Вейм всегда были самыми большими, богатыми и могущественными городами. Деньги, славу и изобилие им принесли рабы. Нигде больше в Мире Синих Трав не продавалось столько рабов. Множество дорог отходило от Ноома и Вейма, и по этим дорогам переправляли рабочую силу.
Рабов добывали еще детьми. Их доставляли из Мира Прозрачных Островов, везли на судах, а затем продавали большими партиями на главных площадях. Дети с Прозрачных Островов слыли умными, талантливыми и удачливыми. За что бы они ни брались, все у них выходило, все получалось.
Лучше всего они обрабатывали землю, поэтому все плантаторы юга, запада, востока и севера предпочитали получить на свои земли «детей удачи» – так называли рабов в те времена.