Вскоре разговор переключился на музыку, которая была вдохновлена данной книгой. Первым, разумеется, вспомнили достаточно знаменитую «Sympathy for the Devil» авторства The Rolling Stones. Хару послушно исполнил самую культовую строчку «Pleased to meet you, Hope you guess my name, oh yeah» специально немного изменив манеру пения, чтобы быть похожим на Мика Джаггера. Ничего, кроме этой строчки, Хару и не помнил.
— На русском языке самая известная песня тоже про Воланда, — поделился Хару. — И тоже исполняется рок-группой. Называется «Бал у князя тьмы».
— Можешь спеть пару строчек? — спросил Ким Ухёк.
Хару даже растерялся. Он внезапно осознал, что даже припев толком не помнит. «Бал у князя тьмы, полночь без пяти»… А дальше-то что?
— Я не знаю слов, — признался он.
— Как жаль! — печально вздохнул Ким Ухёк, — Было бы интересно послушать.
— Но Хару всегда может записать исполнение этой песни отдельно, — коварно улыбнулась Пэгун.
Хару в ответ неуверенно улыбнулся. Записать отдельно? Это еще зачем?
Ким Ухёк ловко подвел тему к следующей музыкальной паузе, для которой Чан Мидам временно вышел на сцену. Поет он действительно хорошо — этого не отнять. Когда музыкальный номер был записан, а Чан Мидам занял свое место, продолжили запись шоу.
— Хару указал на интересное сходство: рок-группы вдохновились именно образом Воланда, образом некоего Зла, фактически — Дьявола, — начал Чу Хёнсоб. — Мне кажется, что этот образ вообще многих вдохновил, открыл новые горизонты, как вы думаете?
Хару ответил первым, у него практически вырвалось:
— Воланд у Булгакова словно устал от того, что люди постоянно совершают ужасные поступки, прибавляя ему работы. Булгаков «очеловечил» дьявола, что, как мне кажется, стало одной из причин популярности «серой» морали в современной масс-культуре.
Повисла недолгая тишина, а потом Ким Ухёк внезапно засмеялся и признался:
— Простите, я просто не могу. У меня в голове не укладывается, что такой красивый и такой молодой парень может на равных разговаривать с Чу Хёнсобом о влиянии книжных героев на масс-культуру. Не знаю, какие впечатления у вас, но у меня случился культурный шок!
Остальные тоже начали смеяться, а Хару смутился. Чу Хёнсоб с улыбкой добавил:
— Признаюсь честно, я тоже думал, что сможет Хару сказать только, что главный антагонист «Гарри Поттера» — Лорд Воландеморт — мог вдохновляться Воландом, когда выбирал себе псевдоним.
Хару вздохнул:
— Во-первых, это банально. Во-вторых, гипотетический Воландеморт выбирал себе имя до того, как вышла книга. В-третьих, Роулинг давала дословный перевод имени главного злодея серии и Воланд там ни при чем, то есть даже она сама не вдохновлялась «Мастером и Маргаритой».
— Вот! Об этом я и говорю! — возмутился Ким Ухёк. — Полное несоответствие ожиданий при встрече.
Хару немного насупился. Можно подумать, в Корее нет умных подростков.
— Мы опять свернули с основной темы, простите, — через минуту веселья сказал Ким Ухёк. — Давайте вернемся к Воланду и масс-культуре. Разве до этой книги никто не пытался изображать дьявола человечным?
— Почему же? — подхватил тему Чу Хёнсоб. — Булгаков в эпиграфе использовал цитату Гёте из «Фауста» — это одно из самых известных произведений, где сподвижник зла показан как многогранная личность, а не просто сюжетный злодей.
Теперь обсуждение переключилось уже на то, что нового было в «Зле» авторства Булгакова. Потом разговор плавно переключился уже на Маргариту, на ее роль в сюжете, ее жертву ради любви.
— Я, если честно, не совсем понимаю, почему это называют именно «жертвой», — признался Хару. — Если не принимать во внимание то, что сегодня говорили о ее возможном будущем после эпилога, все свои поступки она совершала осознанно. Для меня это не ощущалось жертвой, скорее… сжиганием мостов? Ей ведь не нравилась ее прежняя жизнь…
— Мне кажется, для женщины того времени, — задумчиво протянула Ха Ихён, — Она сделала то, что сейчас кажется немыслимым…Ушла от супруга, стала ведьмой…
— Насчет «уйти от супруга» я бы поспорил, — фыркнул Хару еще до того, как осознал, что это не самая лучшая тема для обсуждения.
— В каком смысле? — зацепился за его слова Чу Хёнсоб.
— Ну… Опять же — проблема в контексте. Сейчас принято считать, что в СССР были железные порядки все время его существования. Но в самом начале все было совсем не так. Желая уничтожить прошлый строй, представители власти и богемы призывали не следовать формальностям и в отношении брака. Один из самых известных поэтов, Маяковский, фактически был частью очень странного… брака. Он был влюблен в Лилю Брик, которая была замужем. Ее супруг, Осип Брик, одобрил выбор Лили, и Маяковский жил с ними, они путешествовали втроем, поддерживали друг друга.
— Шведская семья? — с ужасом спросила Ха Ихён.
— Наверное, — пожал плечами Хару, — я имею весьма смутное представление, что такое «шведская семья». Важно то, что для того времени любовь, как порыв чувств, был важнее официальных обязательств. И уход Маргариты от мужа, потому что она влюбилась — это не какое-то преступление против семьи. Супруга могли пожалеть, но осуждать Маргариту за любовь… нет, это не в духе интеллигенции того времени. Она же, собираясь уходить от супруга, говорила Мастеру, что не может уйти ночью, не сказав ничего супругу, потому что тот не сделал ей ничего дурного. То есть, она хотела уйти достойно, но не видела в самом факте своего ухода такой уж трагедии.
Пэгун и Ха Ихён начали увлеченно обсуждать тот факт, что история любви Мастера и Маргариты теперь для них заиграла другими красками. А Хару как-то рассеянно подумал, что сам удивлен, что помнит такие детали. Это из прошлого Антона — он до своей последней девушки встречался с девчонкой, у которой был какой-то гиперфикс на поэтах Серебряного века, она очень любила рассказывать шутки про Маяковского, хотя ненавидела его как поэта. Неожиданно пригодилось.
Между тем, режиссер, с помощью мигающей лампочки, показала, что пора закругляться — эфирное время не резиновое, наверняка и так многое придется вырезать. Вскоре Ким Ухёк и Чу Хёнсоб аккуратно подвели разговор к песне Хару и он наконец-то вышел на сцену. Два дубля у микрофона, короткая сцена прощания и… оглушительные аплодисменты стаффа. Шоу отсняли. На часах — десять минут второго. Хорошо, что завтра у него выходной. Плохо, что у него планы на этот выходной.
Глава 13
До лучших времен
Когда погасли красные огоньки записи на всех камерах, Чан Мидам раздраженно обратился к своему сопровождающему — видимо, менеджеру:
— Проследи, чтобы я никогда больше не встречался на шоу с этим выскочкой!
Он бросил на Хару полный ненависти взгляд и широким шагом направился к выходу с площадки, не став даже общаться с коллегами. Хару рассеянно смотрел ему вслед. Что это было? Странный он какой-то…
— Хару-я, — окликнул его Чу Хёнсоб, знаком показывая, что просит подойти к режиссеру.
Хару пошел, куда звали. В руках у режиссера были какие-то листы с таблицами, Пэгун тоже внимательно их рассматривала.
— Как жаль, что все остальное занято, — качала головой она.
— Простите, Пэгун, что не верили вам, — улыбнулась ей режиссер. И обратилась к Хару, — Мы хотим предложить тебе сняться в еще хотя бы одном выпуске… лучше в двух, конечно, если получится согласовать графики. Но, так как здесь говорят о книгах, то сначала нужно спросить тебя. Есть свободные позиции на «Властелин Колец» Толкина и «Бойцовский клуб» Паланика. Тебе такое интересно?
Она протянула ему листы с таблицами. Хару быстро понял, что это — расписание съемок и выхода серий. Первая половина первого сезона — восемь серий — уже полностью расписана, съемки будут проходить на этой неделе — по одной серии в день. Вторую часть сезона будут снимать через две недели, за это время реально прочесть книгу, даже не одну, было бы желание. Тем более — «Властелин Колец» читал и Антон (раз пять), и Хару (дважды). Насколько Хару помнит, «Бойцовский клуб» небольшой по объему, его реально прочесть за неделю даже с графиком Хару — понедельник, вторник и среда у них относительно свободные. Но есть один нюанс — музыкальный продюсер выпуска. Толкина обсуждать будет Пэгун, а вот «Бойцовский клуб» песней «спонсирует» другой продюсер, незнакомый Хару. Зато там остальные два гостя интересные — молодой актер и очень популярный хип-хоп исполнитель, которого, кажется, в стране знают вообще все.