— Он настолько тесно участвовал в написании этой песни? — удивилась Минсо.
— Примерно так же, как работал со мной — задавал направление и исправлял ошибки. Я просто не делал Writing map для своих треков, будет только Split sheet. И вклад Хару там — от пяти до сорока процентов.
[*Split sheet — это внутренний документ, используемый в музыкальной индустрии для фиксации авторских прав. Обычно в него входят имена участников, процент участия, нередко указывается, что именно он сделал. Split sheet фиксируется юристами, это полноценный документ. Writing map — это что-то вроде схемы, где указан точный вклад каждого участника, вплоть до выделения определенных слов. Это уже документ исключительно для внутреннего пользования. *]
Минсо удивленно откинулась на спинку кресла. Нет, она понимала, что Хару не просто так проторчал в студии с Роуном до поздней ночи. Но ей казалось, что он там был нужен… как источник вдохновения. Она отправила его к Роуну, чтобы напомнить, для кого тот вообще пишет песни. На прошлой неделе ей сказали, что они вместе работали. Опять же — Минсо подумала, что Хару просто подкидывал идеи.
— Получается, он даже в создании музыки принимал участие? — нахмурилась она.
— Не совсем. Он… как… Ну вот представь, что ты решаешь задачку и за тобой наблюдает учитель. Каждый раз, когда ты делаешь что-то не так, тебе на это указывают. Вот так и с Хару. Он не учитель, конечно, просто очень хорошо чувствует музыку. Ну, и у него полно идей. Мне потребовалось бы больше времени, чтобы выявить всю дисгармонию, отредактировать текст, а он все это слышит сразу. Не знаю, сможет ли он писать сам, но как помощник… просто невероятно. Ему бы хотя бы на пианино научиться играть…
— Нет у него времени на пианино, — буркнула Минсо. — И не смотри так на меня. Пусть закончит школу сначала, потом уже можно будет подумать о музыкальном образовании. И… не говори пока ему. Он немного жадный в таких вещах. Может решить, что ему это надо прямо сейчас и сляжет потом с нервным срывом из-за переутомления.
Роун весело фыркнул:
— Маловероятно, о своем комфорте пацан не забывает никогда. Но в то, что он трудоголик, я верю. Ладно. Насчет песни этого рэпера. Отправь к нему дуэтом парня из группы. Хару точно против не будет, это не его стиль, а этот трек, по словам Ынсоля, одному не исполнить. Мое личное мнение — это хит. Хулиганский, активно порицаемый, но хит.
Минсо задумчиво кивнула. Трек, как говорится, качает — создает желание двигаться в такт. Скорее всего, под него получилась бы интересная хореография, но Дэхви уже не вернется к танцам, поэтому придется обойтись без классического продвижения.
— И по альбому Black Thorn, — Роун прервал размышления Минсо, — Готов выслушать твои заметки.
— Моя главная просьба — запиши все так, чтобы они могли танцевать и петь одновременно, — буркнула Минсо, открывая на ноуте заметки по альбому, — А то дебютный титульник им теперь и на Kcon петь под фонограмму. А если на фестиваль пригласят?
Роун недовольно закатил глаза, но кивнул. А потом добавил:
— И Хару уже не дал мне слишком зверствовать в демо-версиях. Все ворчал, что им это как-то петь нужно на сцене…
Минсо ухмыльнулась: Хару, кажется, больше всего расстраивала необходимость петь под фонограмму. Хотя он сам это и предложил.
Минсо начала перечислять мелкие замечания по альбому. В каких-то песнях нужно что-то добавить, в каких-то изменить текст…Обсудили и потенциал треков.
— И свозите пацана на море, — расхохотался Роун.
— В смысле? — нахмурилась Минсо.
— Он мне сказал, что теперь его главная надежда — что клип будут снимать в красивом месте.
Минсо тоже засмеялась, качая головой.
— Сегодня запись? — уточнила она. — Я хочу посмотреть. Желательно с камерой.
— Хорошо. Они должны прийти к трем.
Роун забрал распечатку заметок к альбому, сложил листок несколько раз и запихнул в карман. Попрощался и ушел. Минсо же какое-то время смотрела на экран ноутбука с заметками к первому полноформатному альбому Black Thorn.
Уже были определены песни, на которые будут снимать клипы. «Salty skin» — сингл перед альбомом. «Love splash» — титульник. Баллада Пэгун еще не доработана, но текст уже есть, она будет главным бисайдом. И нужно постараться выбить деньги еще на два клипа — «Free and wild», про поездку на машине в первый день отпуска, и «Star» — забавная песенка про подаренную морскую звезду.
[*На английском «морская звезда» — starfish, то есть «звездная рыба». Но игра слов все еще сохраняется".]
В идеале хорошо бы все клипы снять в одном стиле, как историю одного курортного романа. Роун сказал, что это придумал Хару, и идея действительно стоящая, получится очень «летний» альбом.
При этом нужно учитывать разную эмоциональную окраску песен, поэтому клипы точно будут разные. Для каждого нужна идея, какие-то отсылки к масс-культуре…
Минсо тяжело вздохнула, размяла плечи и уверенно взяла в руки мышку. Начать стоит с визуальных образов — так ей проще. Итак: курортный городок, морское побережье с уединенными пляжами, яркие наряды отдыхающих, много алкоголя, вечеринки под открытым небом, путешествия на яхте… Так, нужно растрясти инвесторов еще и на съемки на побережье Средиземного моря — там будут лучшие кадры.
Хару не соврал фанатам: в сценарии фанмитинга было немало пустых мест. У них есть семь песен, исполнят все. Если успеют подготовить, то будет представлен номер из невышедшего альбома. Плюс один кавер, с которым они выступали на шоу. И открывать фантиминг они будут исполнением песни группы Роуна, называется она «Я иду за тобой». В Корее она была хитом в то время, когда популярен был рок (то есть, еще до рождения Хару). Все остальное пока под вопросом, потому что креативный отдел дал им еще несколько дней на размышления — что они сами хотят исполнить. Если к среде не придумают ничего стоящего, выбор сделают за них.
Из-за этого, отрепетировав все имеющиеся песни, они сели отдыхать, но с телефонами в руках — искали идеи.
— Знаете, что я заметил, — сказал Юнбин, — Рок-звезды одевались вовсе не в рваные джинсы с косухами.
И он развернул экран своего телефона, показывая фото, кажется, Мика Джаггера, в каком-то крайне странном наряде — розовые брюки, оранжевый пиджак, что-то подозрительно похожее на женский зеленый топ, на шее — тонкий шарфик. И волосы длинные.
— Или вот эта, она даже черно-белая выглядит безумно, — и Юнбин показал другое фото, тоже Джаггера.
На черно-белом снимке он стоял в несколько странной позе и верх его наряда не был похож на мужской — словно снятый с девушки топ на бретельках, где одна еще и не выдержала интенсивных танцев, порвалась.
— И таких фото — миллион, — заметил Юнбин. — Я никогда не интересовался рок-музыкой, но эти костюмы…
Парни начали наперебой требовать показать фото поближе, удивленно рассматривали, обсуждали. Хару внезапно задумался о том, что в семидесятых отношение к внешнему виду мужчин словно было менее суровым. Понятное дело, что никто не ходил на работу в том же виде, в каком Мик Джаггер выходил на сцену. Но все же его внешний вид вроде как считался в меру эпатажным для музыканта. В том смысле, что на сцене было нормально выглядеть немного слишком ярко. Все же Мик Джаггер такой не один был.
— Он еще и двигался своеобразно, — заметил Хару. — Про это даже песня есть.
Парни, разумеется, тут же пошли искать, как «двигался Джаггер». Посмеялись. Послушали песню.
— А давайте споем ее, — предложил Юнбин. — Это как… соединение тематики: рок-музыка, но сама песня попсовая.
— Ага, скинемся в камень-ножницы-бумага, проигравший наденет обтягивающий комбинезон, — фыркнул Хару.
— Обтягивающий комбинезон⁈ — почти хором переспросил Чанмин и Тэюн.
Нужное фото нашлось не сразу, но Хару все же представил парням образец одного из «культовых» нарядов: костюм, больше похожий на гимнастическое трико, белый, в стразах и со шнуровкой на груди. Парни начали хохотать, отнекиваясь от подобного образа, но не от самой идеи «разыграть» его. Вот только на моменте обсуждения самой песни стало понятно, что петь там почти нечего, она простенькая, не считая мощного бриджа Кристины Агилеры.