— Корейская мифология? — удивился Роун. — Неожиданно.
— В дораме «История девятихвостого лиса», — внезапно заговорила Минсо, — Кумихо — персонаж положительный. А имуги — отрицательный. В то время как в легендах все, обычно, наоборот. Это так, в качестве темы для размышлений, умолкаю.
Роун задумчиво кивнул, Хару продолжил:
— Я не думаю, что стоит напрямую использовать мифологию в текстах, можно сделать лишь отсылки. Например — песню о токсичной любви парня к девушке, а в клипе парня сделать кумихо. Или что-то вроде «я буду проклят, защищая тебя» как отражение истории, где кумихо не убивала 999 лет, встретила мужчину, которого полюбила, его убили и она начала мстить, тем самым отказавшись от возможности стать человеком. Только… ну, наоборот, девушку убили.
— Вот это мне нравится особенно, — кивнул Роун. — Я так понимаю, ты хочешь, чтобы отсылки к корейской мифологии считывались в музыке?
Хару кивнул. Это нельзя назвать редкостью — отдельные элементы корейской культуры используются в к-поп песнях с завидной регулярностью. Но обычно эти отсылки ограничиваются музыкальным вступлением с использованием традиционных мотивов и танцами на фоне одного из корейских дворцов. Хотелось чего-то поинтереснее.
— Идея мне нравится, но начать над ней работать сейчас я не смогу, — признался Роун, — Я никогда не был фанатом традиционной музыки, мне нужно найти референсы. Что думаешь, Минсо?
Хару тоже немного повернулся на стуле, чтобы видеть начальницу.
— Думаю, это может быть интересным ходом, особенно, если это будет целый альбом, пусть и небольшой, а не отдельная песня. Но согласна с тем, что эта идея требует подготовки. Я тоже наберу материал и вышлю тебе. Если хочешь, можем пригласить специалиста, который поможет создать реальную мелодию для традиционных инструментов.
Роун задумчиво кивнул. А потом уточнил у Хару:
— Есть еще какие-нибудь идеи?
Хару кивнул. Так как первоначально идей у него не было, он решил натаскать их из творчества тех артистов, которыми корейцы обычно не вдохновляются. Слушая русскую попсу, оценивая ее уже несколько другим взглядом, он заметил две темы, которые сейчас в корейской поп-музыке встречаются крайне редко. Но они все равно любимы девчонками. Одна — это традиционная грусть из-за не-любви или расставания. Раньше в к-поп такие темы были популярны, сейчас встречаются гораздо реже. Другая…
Корейский менталитет диктует свои правила, создавая два универсальных женских образа для песен и клипов мужских групп. Первый — сексуальная красотка, у которой вообще нет ничего, кроме ее потрясающей внешности. Второй — милая девушка по соседству, любви которой добивается главный герой, потому что она «хорошая». В обоих случаях — образ «идеальной музы». При этом в русских песнях и клипах девушки обычно те еще бунтарки, которые героям мозг выносят и явно не стесняются этого. И ведь эта подача «Она сумасшедшая, но она моя» весьма популярна.
— Кто-то кроме группы Block B выпускал титульные треки, где подругой лирического героя была бы дерзкая оторва? — спросил Хару.
Повисло недолгое молчание, а потом Минсо задумчиво сказала:
— У 2PM образы девчонок далеки от корейского идеала женственности, но да — таких мало.
— Но при этом ведь реальные девушки бывают склонны к странностями, да и ведут себя совершенно по-разному, — заметил Хару, — В балладе «Perfect love story» героиня была ожившим идеалом, но все это плохо кончилось для нее. И я читал в комментариях, там встречались фразы типа «И идеальных бросают» или «а потом он влюбится в какую-нибудь грубиянку». Мне кажется, будет интересно сделать объектом влюбленности лирического героя песни… ну, не грубиянку, конечно, а девушку более живую. Когда буквально — мы не идеальны, но все равно вместе.
В комнате повисло молчание. Хару немного опасливо переводил взгляд с Роуна на Минсо, что было немного неудобно, приходилось еще и голову поворачивать.
— Если ждешь моего мнения — это будет интересно, — уверено сказала Минсо, — Особенно, если бунтарский дух возлюбленной проявлять в мелочах и каждый раз по-разному. Чарты могут просесть, конечно, уж слишком много слушателей в Корее любит все идеализировать, но связь с фанбазой это укрепит.
— Без первых мест, зато с полными залами, — с усмешкой кивнул Роун. — Писать о таком точно интереснее. С курортным романом получилось весело, можно обыграть и другие тематики. Есть какие-то определенные образы?
Хару неуверенно пожал плечами:
— Не до конца сформированные.
— Ну тогда, давай, начнем, — хлопнул в ладоши Роун.
Процесс работы затянулся на два с половиной часа, написали за это время две песни, и то пока — лишь черновик. Видимо, во время работы над «курортным романом» Роун действительно был в каком-то особом настроении.
Глава 27
Одержимые музыкой
Вторник был почти точной копией понедельника — встали в девять, к десяти были в агентстве, репетировали танцы. Креативный отдел одобрил их вчерашнюю идею, плюсом предложили песню для Тэюна и Сухёна — немного переделать «Gilfriend» Аврил Лавин, чтобы звучала по-мальчишески. Шэнь и Юнбин должны поставить хореографию для всех трех треков, они уже в перерывах начали обсуждать, как это прикольнее сделать. Хару предложил сначала записать каверы в студии, убрав некоторые моменты, чтобы песни казались чуть динамичнее.
Собственно, этим и занялись вместе в студии, просто не сразу — сначала записали с Роуном две песни из будущего альбома, потом обсудили и записали каверы. Ну, а после Хару остался, потому что Роун его попросил.
— Только сегодня недолго, — сказал Хару, усаживаясь у стола.
— А что у тебя завтра за работа?
— Записываем выпуск «Книжной симфонии», будем обсуждать «Властелина Колец». А в пятницу — запись «Бойцовского клуба». Если честно, очень волнуюсь, потому что выпуск с «Мастером и Маргаритой» еще даже не вышел…
Роун отвлекся от монитора и удивленно посмотрел на Хару:
— Пэгун написала песню по «Бойцовскому клубу»⁈
— Что? Не-е-ет, — покачал головой Хару, — Она даже не участвует. Поэтому и я без песни, просто посижу, поболтаю… Надеюсь, смогу что-то дельное сказать…
— А ты можешь сейчас песню добавить в сценарий выпуска? — внезапно спросил Роун.
— Эм… не знаю. Наверное — да. В предварительном сценарии всего две песни, а в других выпусках — по три. А какую песню?
— У меня есть песня, вдохновленная фильмом «Бойцовский клуб», — ответил Роун, — Но я читал и книгу, так что для книжного клуба песня тоже подойдет. Только нужно под твой голос переделать… так, где там она у меня? А ты пиши пока… тому, кто песни в сценарий добавляет…
Хару написал Минсо — больше никто в голову не пришел. Где-то через полчаса пришло сообщение, что песню добавить можно, но Роуну следует знать, что она должна быть короткой — не более трех минут, без нецензурной лексики.
Нецензурной лексики не было. Песня — описание и восхищение Марлой Сингер. И в демо этот трек был прямо жестким «рокешником»– с мощными басами, гитарным соло и даже чем-то вроде гроулинга. Прямо при Хару Роун превратил это в поп-рок. Все еще мощный и немного агрессивный, но уже не бьющий по ушам.
Текст песни описывал девушку с проблемами — несчастная, нуждающаяся в любви, она прячет это за маской безразличия, ярко одевается и красится, грязно выражается. Ну — Марла Сингер, просто немного в корейском стиле, поэтому от нее пахнет яблоками, а короткая стрижка выглядит идеально даже с утра.
И Хару, как ни странно, песня реально нравилась.
— Вы уверены? — осторожно спросил он, — Все же это просто вечернее шоу, отдавать туда такую песню…
— А что с ней делать? — ухмыльнулся Роун. — Сам я уже на сцену не выйду. Отдавать другой рок-группе… честно говоря, тут я старомоден — рок-музыканты должны сами писать себе песни. Для к-поп коллектива это не годится. Тут героиня — не просто «плохая девчонка». Как там говорят в вашем поколении? Ходячий «ред флаг»? В общем — в чартах у этой песни ноль шансов, но она классная и на шоу ее хоть кто-то заметит.