Я посмотрела на крутые склоны карьера:
— Если Синедрион уже здесь, мы попадем прямо в ловушку.
— Синедрион вряд ли оставил бы часовыми омег, — тихо ответила Зои. — Посмотри.
Она указала на запад.
Дудочник прежде меня увидел фигуру на высоком дубе на окраине зарослей. Караульный наблюдал за дорогой на запад, но когда он периодически поворачивался, окидывая взглядом лес, я видела его профиль. Карлик с луком за плечом.
— Криспин, — пояснил Дудочник. — Он наверняка не единственный часовой. Где другие?
— Пока не вижу, — отозвалась Зои. — Но, полагаю, вряд ли стоги сена остались на поле просто так на месяцы после уборки урожая. — Она указала на небольшую скирду на восточном поле от карьера. — Я бы разместила часовых там. Вся восточная граница просматривается.
— Я хорошо тренировал своих охранников, — произнёс Дудочник. — Нас наверняка уже заметили.
— Поаккуратней, — заметила Салли. — Охранники теперь не твои, а Саймона.
— Да вроде не забыл. — Дудочник тронулся в сторону дуба, крадучись, но стремительно. Мы следовали за ним, скрываясь за стволами деревьев. Где-то за десять метров до дуба он вышел из-под сени деревьев и крикнул часовому:
— Криспин! Подай сигнал Саймону, что к нему посетители.
Часовой хорошо скрыл удивление, быстро повернувшись и натянув тетиву:
— Стой где стоишь!
С нашего места мы видели, как изгиб лука разделил его лицо с прищуренным глазом.
Дудочник отмахнулся, отвернулся от дуба и зашагал к устью каменоломни.
— Стой где стоишь! — снова крикнул карлик. Сильнее натянул задрожавшую тетиву. — Ты тут больше не командуешь!
— А если бы командовал, тебе прилетело бы за то, что не обнаружил нас раньше, — отрезал Дудочник.
Зои догнала брата, и сейчас они оба широко вышагивали к карьеру. Она лишь бросила напоследок через плечо:
— И передай своему приятелю в скирде, чтобы в следующий раз выбирал не столь легковоспламеняющееся прикрытие. Будь я солдатом Синедриона с луком и зажженной стрелой, он бы сейчас хорошо подрумянился.
Криспин дернулся, и я напряглась в ожидании свиста выпущенной стрелы, который постоянно пробирался в мои сны после нападения на Остров. Но часовой лишь отбросил лук и сложил руки рупором, чтобы усилить пересвист. Три длинные низкие ноты повторились несколько раз — неумелое подражание зову пестрой неясыти. Из карьера донесся отклик.
Тропа извивалась между глинистыми ямами и буграми, южная стена, казалось, была готова обрушиться в любой момент. Лунный свет сюда едва проникал, и я дважды поскользнулась на мокрой глине. Из-за отвалов показались шедшие навстречу охранники. Я узнала фигуру Саймона во главе — в одной из трех рук он сжимал топор. Но когда он подошел ближе, и я пригляделась, этот человек показался мне незнакомцем. Не то чтобы его серьезно ранили на Острове — на первый взгляд ничего такого, — но он совершенно изменился. В лунном свете его лицо казалось серым и одутловатым. Когда-то он двигался с армейским проворством, сейчас же казался бредущим против течения.
Охранники, обступившие нас, зашептались. Затем вскинули руки в воинском приветствии. Сначала мне подумалось, что они салютуют Дудочнику, как привыкли делать на Острове, но когда они слаженно отдали честь, взгляды их были устремлены на Салли, прихрамывающую рядом со мной с висящим на руке Ксандером. Если она и заметила реакцию стражей, то не показала виду.
Саймон остановился в нескольких метрах от нас. Остальные — шестеро или семеро — нас окружили. Они больше не козыряли. Все были вооружены, ближайшая ко мне женщина держала наготове короткий меч. Она стояла достаточно близко — я смогла рассмотреть зазубрину на лезвии, оставленную сталью другого клинка.
Саймон шагнул навстречу:
— Вас только пятеро? — спросил он Дудочника.
Тот кивнул:
— У нас важная информация.
— Пришел рассказать, что мне делать дальше?
Салли вздохнула:
— Я привела его сюда. Саймон, выслушай же его.
— Она знает, что ты сделал? — поинтересовался Саймон у Дудочника. — Знает об Острове?
«Ты стала причиной бойни» — говорил его полный крови взгляд, брошенный на меня.
— Знает, — отозвался Дудочник. Он не отвел глаз, все так же упрямо стискивая зубы.
Салли нетерпеливо продолжила:
— Давай вы не будете меряться, кто выше на стенку писает. В этой битве каждому найдётся место.
Саймон не отрывал взгляда от Дудочника. Между ними оставалось не больше полуметра. Я часто видела их вместе на Острове, видела их оживленные споры и обсуждения. Но такого не видела ни разу. Между ними словно стояли мертвецы Острова. Воздух переполняли воспоминания о криках и пронзающих плоть стрелах.