— Что ты сделаешь, если в стене пробьют брешь? — спросила она, наблюдая, как тот забирается по лестнице при помощи одних рук. — Потащишься в бой против конных войск?
Омега не ответил, лишь продолжил карабкаться с луком через плечо.
Также случались стычки между солдатами Инспектора и жителями, которых они должны были защищать. Например, из-за того, что Инспектор не хотел отменять регистрацию. Дудочник рассказал, что на ступенях конторы мытарей собралась большая толпа и сожгла свои документы. На следующий день кострище темнело пеплом на снегу.
Жителям города разрешалось приходить и уходить, когда вздумается. Многие взяли то, что смогли унести, и отправились на восток. По словам Дудочника, вероятно, ушло бы больше, если бы было куда идти и зима не была такой лютой. Я не могла винить их за побег. Мы все знали, что контратака вполне вероятна. Наши разведчики и дозорные уже сообщали о сборе войск Синедриона неподалеку от города. Они не окружали стены, да и Инспектор заверил, что численность его людей вполне сопоставима с отрядами Синедриона, если они перейдут в наступление или решатся на осаду. Но этого не происходило. Солдаты Синедриона просто караулили и выжидали.
Городской гарнизон был на грани — как альфы, так и омеги. Без боевых действий бойцам оставалось лишь патрулировать на снегу и холодном ветру. Рацион обеднел — торговцы по-прежнему обходили Нью-Хобарт стороной, а ранний снег повредил озимые. Лютовала зима, скудные запасы топлива подходили к концу. Ближайшие участки леса сгорели, а многие горожане не решались отходить далеко от городских стен туда, где собирались войска Синедриона. На улицах мимо нас с Дудочником проходили люди, сгибающиеся под тяжестью досок и бревен, оставшихся от разрушенных зданий. Многие жители получили в бою ранения и исхудали, зимняя одежда не скрывала костлявые запястья и изможденные лица. Я снова и снова вспоминала слова Зака: «А что ты предлагаешь им в качестве альтернативы?». Казалось, что хуже сражения и костра из полусожженных тел ничего нет. Но существовали еще серые ужасы затянувшейся войны, когда бои приостанавливаются.
Однако случались мгновения, пронзавшие однообразие этих зимних недель. Однажды, гуляя с Дудочником мимо пепелища, где когда-то стоял дом, мы увидели, как трое подростков-омег гоняют мяч. Когда мяч подкатился к забору, один из молодых солдат Инспектора пнул его обратно и вскоре присоединился к игре. Через несколько минут его позвал командир отряда, и он побежал прочь, но я заметила, как его рука вскинулась в небрежном прощальном жесте.
В другой раз у кузни, где подковывали лошадей, солдат-омега помогал ловить сбежавшую лошадь. Когда он бросил уздечку альфе, тот принял ее без содрогания. Они вместе закатили глаза, что-то бормоча о неуклюжем подмастерье, который испугал животное.
Вряд ли это можно назвать примирением — всего лишь несколько слов, брошенных одномоментно. Но эти редкие случаи дарили мне надежду. Однако только ее было недостаточно, учитывая Синедрион и его машины, собранные против нас. Главные надежды возлагались на Ковчег и Далекий край.
— Нужно отправить отряды к побережью, — твердила я снова и снова, когда присоединялась в другим на совете в конторе мытарей. — Нужно снарядить еще несколько кораблей для поиска Далекого края.
— Мы и так задействовали все резервы, — отвечал Инспектор. — Не только для защиты этого города. От Уиндхема до побережья происходят стычки. Каждый гарнизон, который объявил о лояльности мне, вынужден защищаться от армии Синедриона.
В ожидании поддержки я посмотрела на Дудочника, но тот отвернулся. Даже он не желал говорить о Далеком крае с тех пор, как Зак бросил к нашим ногам головы носовых фигур. Когда я спросила напрямую, он покачал головой:
— Если Далекий край где-то и существует, наш единственный шанс узнать о нем — Ковчег. Даже имей мы ресурсы, нельзя больше посылать людей в неизвестность. — Он посмотрел на свою руку. — Я послал достаточно своих на верную смерть. И на море, и на суше.
Когда Ксандер начал снова бормотать о возвращении «Розалинды», у нас не хватило духу рассказать о том, что мы знали.
49 год, 23 ноября. Оперативное совещание по материально-технической базе и оборудованию.