Их цель была очевидна. В центре экспозиции, на массивном постаменте, возвышался главный экспонат — гигантский паровой молот. Его размеры поражали. Огромная «баба» весом в несколько тонн застыла в воздухе, готовая обрушиться на наковальню. Рядом с ним стоял не менее внушительный агрегат — паровая машина, которая когда-то приводила его в движение, с огромным маховиком и сложной системой рычагов. Все это было выкрашено в строгий черный цвет и выглядело как памятник ушедшей эпохе индустриальных гигантов.
Они обошли монумент со всех сторон.
— Таблички нет, — констатировала Генриетта после тщательного осмотра. — Должна быть где-то здесь, на корпусе паровой машины. Но ее сорвали. Видны только отверстия от заклепок.
Она с отчаянием посмотрела на Трифона.
— Это тупик. Мы никогда не узнаем этот номер. Он мог быть любым. Это миллионы комбинаций.
Но Трифон не выглядел расстроенным. Он смотрел на памятник совсем другими глазами. Он не искал табличку. Он изучал сам механизм. Его взгляд скользил по цилиндрам, по шатунам, по системе клапанов.
— Не тупик, — сказал он наконец. — Это машина английская. Фирмы «Нэсмит и Вильсон». Они были главными поставщиками в XIX веке. Типовая модель. Если узнать точный год поставки и мощность, можно определить и серийный номер. По крайней мере, его диапазон.
Генриетта удивленно посмотрела на него.
— Откуда вы… ты это знаете… шь?
— Дед рассказывал, — просто ответил он. — Он фанател от паровых машин. Говорил, это самая честная техника. Никакой электроники, чистая физика.
В этот момент они разделились, и каждый пошел своим, единственно верным для него путем. Это произошло естественно, без споров и уговоров.
— Мне нужно в архив, — сказала Генриетта. — В музейный архив. Там должны быть документы о закупке оборудования. Контракты, накладные… Если я найду год поставки и модель, как вы сказали, это нам поможет.
— А я… — Трифон огляделся. — А я пока тут похожу. Поговорю с людьми.
Генриетта направилась в здание администрации музея, готовая к очередной битве с бюрократией. Трифон же остался на площади, среди холодных, молчаливых железных монстров.
Путь Генриетты: Битва в архиве
Для Генриетты поход в архив был сродни возвращению домой. Она чувствовала себя уверенно. Она знала правила этой игры. После недолгих, но настойчивых переговоров с заведующей музеем, представившись научным сотрудником из Санкт-Петербурга, пишущим статью о промышленной революции на Урале (что было почти правдой), она получила доступ в святая святых — архивный отдел.
Это была маленькая, заваленная папками и стеллажами комната, где работала одна-единственная сотрудница — пожилая женщина в очках с толстыми линзами, похожая на всех архивариусов мира. Генриетта объяснила, что ее интересуют документы о закупке оборудования в XIX веке, в частности, паровых молотов.
Женщина вздохнула, сняла очки и посмотрела на Генриетту усталым взглядом.
— Ох, милочка. Это вы загнули. У нас тут все в бумажном виде. Описи, конечно, есть, но они тоже рукописные. Это вам не в компьютере искать. Это на несколько дней работы.
Но Генриетту это не пугало. Несколько дней — это для дилетантов. Она попросила описи за 1860–1880-е годы — примерный период промышленного бума. И погрузилась в работу.
Ее пальцы летали по пожелтевшим страницам. Ее мозг, натренированный годами, мгновенно сканировал столбцы рукописного текста, выхватывая ключевые слова: «контракт», «поставка», «машина паровая», «Нэсмит». Она работала с бешеной скоростью и концентрацией, вызывая у местной сотрудницы сначала недоумение, а потом — откровенное уважение.
Через два часа она нашла то, что искала. В одной из папок, в разделе «Переписка с иностранными поставщиками», лежал синеватый лист гербовой бумаги — копия контракта с манчестерской фирмой «James Nasmyth & Co». Контракт был датирован 1873 годом. В нем четко прописывались характеристики машины: «…паровая машина двойного действия, мощностью 120 лошадиных сил, для привода пятитонного парового молота…». Но серийного номера в контракте не было.
Генриетта не отчаялась. Она пошла дальше. В соседней папке она нашла акт приемки оборудования. И там, в перечне доставленных частей, среди «цилиндров», «шатунов» и «маховиков», была строка, от которой у нее забилось сердце: «…табличка медная с заводским номером, модель "А", сер. № 73-120-05…».