Оторвавшись от этого зрелища, Майкл повернулся к Сенатской площади. И увидел его, уже убравшего пистолеты. Шесть футов два дюйма роста, густая черная борода без видимых границ переходит в темные патлы, почти как у бездомного. Со времени их последней встречи, четыре месяца назад, он отпустил волосы, так что теперь они ниспадали на воротник. Но если волосы он отпустил, то физически отнюдь не распустился. Строен, подтянут, одежда свободно болтается на мускулистом теле. Одет он был не в священнический темный костюм, а в темные брюки и темно-синюю оксфордскую футболку.
— Неплохой прикид, — заметил Майкл.
Друзья быстрым шагом двигались к главным воротам.
— По-моему, я похож на студента. Как тебе кажется? — сказал Симон со своим итальянским акцентом. И вручил Майклу бейсболку: — Надень.
— А не припозднился ли ты в колледж? Лет этак на двадцать пять? — Надев бейсболку, Майкл спрятал под нее волосы. — А с дымовой шашкой неплохо придумано.
Завернув за угол, они нос к носу столкнулись с ошалевшей толпой. В панике, отпихивая друг друга, туристы рвались к выходу, прочь от неведомой опасности.
— Давно ты здесь?
— Несколько часов. Я знал, что ты рано или поздно появишься. Хотя с такой внешностью тебе повезло, что тебя не схватили.
Симон погладил бороду.
— В этом есть свой смысл. Борода символизирует мою приверженность альтернативному образу жизни.
Майкл улыбнулся. Они смешались с толпой.
Держа руку низко, Симон исподтишка показал Майклу пистолет.
— Возьмешь?
— Ты ведь знаешь, я этого терпеть не могу.
— Роскошь неприятия оружия подходит лишь тем, кому не угрожает ежесекундная опасность.
Приподняв рубашку, Майкл продемонстрировал свои револьверы.
— В следующий раз они могут тебе пригодиться, — заметил Симон.
Углубляясь в толпу, они постепенно затерялись в море людей.
— Надо же выбрать такой объект, Майкл.
— О чем ты?
— Удивительно, почему ты не решил ограбить Белый дом.
Их редкие встречи были неизменно приятными для обоих, и все же сейчас Майкл был особенно рад видеть друга.
Площадь по-прежнему бурлила народом. Все потеряли голову. Туристы стремились к выходу, чтобы потом уехать по главному туристскому пути — Троицкому мосту. Контингент из охраны и администраторов Кремля пытался как-то упорядочить происходящее. Они на разных языках призывали к порядку, объявляли, что всех будут обыскивать и поэтому их просят проявить выдержку. Но эти призывы тонули в гомоне паникующих туристов. Пройдя сквозь самую плотную часть человеческого скопления, Майкл с Симоном прибились к другой толпе; она росла на глазах и, по счастью, образовалась непосредственно у арки перед входом в Арсенал. У дверей стояли трое солдат с оружием наготове — для непонятливых.
— Есть идеи? — произнес Майкл, наклоняясь к Симону и пытаясь перекричать шум.
Кивнув, Симон стал углубляться в колышущуюся массу людей. Майкл, пропустив человек пять, последовал за ним. Люди пихались и толкались, перекрикивали друг друга на разных языках. Все теряли терпение и нервничали, как будто с ними вот-вот должно было произойти что-то ужасное. Все глаза были устремлены на главный выход, где охранники каждого отводили в сторону, изучали лицо, бесцеремонно ощупывали, даже и не думая приносить извинения.
Никто не заметил, как Симон молниеносным движением выхватил из кобуры оружие. Все были слишком заняты тем, чтобы как можно скорее пробиться к выходу и покинуть Кремль. Держа оружие так, чтобы его не заметили, Симон снял курок с предохранителя. Он медленно повел головой слева направо, не выпуская из поля зрения охранников; те сдерживали натиск туристов, одновременно высматривая человека, которого искали. Без дальнейшего промедления Симон трижды выстрелил в землю. На долю секунды воцарилась мертвая тишина. Толпа попятилась.
И тут началось что-то невообразимое.
Люди заметались, не разбирая дороги. Человеческие волны расходились от центра к периферии. Это напоминало рябь на пруду. Вопли ужаса смешались в оглушительную какофонию. Инстинкт самосохранения возобладал над силами разума. Симон с Майклом затесались в группу человек из тридцати, вознамерившуюся, по-видимому, с боем взять Арсенал. Сопротивляясь остолбеневшим охранникам, которые растерялись перед лицом паникующей толпы, люди рвались внутрь здания.
В итоге группа смела охрану и укрылась в кирпичном переходе. Все тяжело дышали, некоторые от страха обливались слезами. Пользуясь наступившим хаосом, Майкл с Симоном потихоньку взломали боковую дверь и проскользнули внутрь.