— Четырехэтажную Успенскую звонницу, — объяснял Фетисов, — построил итальянский архитектор Петрок Малый. В ней находится самый большой из двадцати одного колокола — Воскресенский колокол, весом почти шестьдесят четыре тонны. Когда Наполеон в тысяча восемьсот двенадцатом году начал свое отступление из Москвы, то отдал приказ уничтожить Воскресенский колокол. Но этот план, как и другие планы несчастных французишек… провалился!
Они двинулись дальше. Теперь их путь пролегал по обширному саду, устроенному наподобие ухоженного леса. В таком месте, среди зубчатых стен с бойницами, этот безмятежный кусок природы воспринимался как явление из другого мира. При виде огромных деревьев и пышных растений в полном цвету наблюдателя охватывало спокойствие.
Наконец они приблизились к еще одной группе старинных зданий.
— Перед вами Кремлевская военная школа, задуманная как учебное заведение для офицеров. Сегодня в здании школы расположены различные ведомства администрации президента. А это…
Они приблизились к еще одной широкой площади, на которой, по правую руку от них, располагалось большое треугольное здание. Окрашенное в золотисто-желтые тона, с белыми акцентами, оно было выдержано в стилистике Оружейной палаты. На центральной площадке возвышался купол с флагом.
— Это здание Сената, здесь прежде располагалось советское правительство. В этом сооружении со множеством внутренних двориков и высокими колоннами сильно ощущается греческое влияние. К добру или к худу, но значительная часть нынешнего мира формировалась именно здесь.
Обойдя территорию Кремля по кругу, они вернулись туда, откуда начали. По периметру огромного здания, расположенного параллельно Кремлевской стене, были выставлены сотни пушек.
— Все это было захвачено в тысяча восемьсот двенадцатом году, когда Наполеон со своими войсками уносил ноги из нашего слишком холодного городишки. Арсенал и его угловая башня, — Фетисов указал на сооружение, при одном виде которого захватывало дух, — были возведены в тысяча семьсот тридцать шестом году для хранения оружия, снарядов и боеприпасов.
Майкл смотрел на внушительные здания и на грозного вида часовых у входа. Их настороженные лица словно высекли из камня. Арсенал и в самом деле был самым величественным сооружением во всем комплексе, самым укрепленным и впечатляющим.
Фетисов подвел своих слушателей к гигантскому входу высотой в два этажа.
— Мне, как военному, это здание нравится больше всех остальных, — сообщил он. — Выстроенное в тысяча семьсот первом году, оно приняло свой нынешний облик после перестройки в тысяча восемьсот двадцать восьмом году. В Арсенале разрабатывались и моделировались многочисленные битвы и военные операции во славу российских правителей. Здесь располагались не только склады для ружей, пушек и снарядов, но и казармы для солдат и квартиры для офицеров. Осмотр Арсенала не входит в экскурсию по Кремлю. Вход в него строго запрещен; то, как он используется, покрыто завесой тайны. В нем расположен командный пункт Президентского полка, воинского подразделения, являющегося частью Федеральной службы охраны. Полк обеспечивает безопасность Кремля и его сокровищ, а также охраняет президента и высокопоставленных чиновников. В эту часть набирают лучших из лучших. Кремлевская охрана раньше находилась в распоряжении Девятого управления КГБ, позже переименованного в Главное управление охраны, ГУО. Это те самые охранники, которых вы видели на площадках стены, у ворот — повсюду; и любой из них с готовностью отдаст жизнь, чтобы защитить сердце России, этот город внутри города и все, что находится в нем. — Фетисов вновь повернулся к Майклу, поджал губы и склонил голову набок. — И как я упоминал ранее, их база расположена вне Арсенала.
— Хорошо, что не надо идти туда, — улыбнулась Сьюзен. — Надеюсь, экскурсия закончена?
Майкл, замерев, не сводил глаз с Фетисова. Он не понимал, к чему тот клонит.
— На что вы намекаете?
— Сегодня, еще до вас, прибыл фургон. — Из тона Фетисова исчезла всякая тень шутливости. — За рулем сидел человек по имени Речин. В фургоне находилась женщина.
— И…
— Ее доставили в только что переоборудованную лабораторию.
— В лабораторию? — повторила Сьюзен. — Почему именно в лабораторию?