– Что было потом? – спросила Холли, пытаясь представить, что чувствовала мама, когда алкоголь и злость выветрились и ей пришлось посмотреть в лицо тому, что она натворила. Наверное, это был настоящий кошмар. Она должна была каждой своей клеточкой пожалеть, но то, что сделано, не воротишь назад.
Деннис поднял голову и посмотрел на Холли. С минуту он выглядел безутешным, но потом улыбнулся.
– Столько лет я жалел об одном – что не могу вернуть время назад и изменить то, что сделал в ту ночь. Но теперь я вижу, что ты… – он поискал подходящее слово – прекрасна.
Холли рассмеялась, чувствуя, как напряжение немного спадает.
– Это случилось, и на следующий день она уехала. Я подумал, что она сделала, как обещала, но нет – она остановилась на острове с мужчиной, которого встретила, а затем уехала на материк. Сандра сильно переживала, а я не мог ничего сказать, чтобы утешить ее. Это было ужасное время.
– Когда она вернулась? – спросила Холли.
– К Рождеству. – Он тяжело вздохнул. – Она только узнала, что… у нее будешь ты. Она ужасно напугалась и хотела быть рядом с сестрой.
– Она знала?
– Думаю, да. – Он кивнул сам себе. – Она ничего мне не сказала. Конечно, я понимал, что ребенок может быть от меня, но убеждал себя, что от другого мужчины.
– Она когда-нибудь говорила о том, ну, знаешь, чтобы отдать меня на удочерение? – спросила Холли, вспомнив ужасные слова, которые Дженни бросила ей на грязной кухне.
– Никогда. – Деннис пристально посмотрел ей в глаза. – Она была напугана, да, но хотела тебя с того момента, как узнала об этом. Я думаю, ты дала ей смысл жизни. Она совсем потерялась, но теперь ей предстояло исполнить свою роль – стать матерью.
Когда родилась дочка, Дженни было на десять лет меньше, чем Холли сейчас. Она даже представить не могла, насколько нужно быть смелой, чтобы завести ребенка, и почувствовала новую волну сочувствия к матери.
– Беременность полностью изменила ее, – продолжал Деннис. – Когда она перестала пить и собирать всех мужчин в округе, с ней стало проще. Она притихла.
Холли пришлась по нраву мысль о том, что она была зачата и выношена на этом красивом острове. А вдруг ее тело и ум каким-то образом знали, что она вернулась туда, где была создана? Может быть, именно поэтому она чувствовала здесь такое спокойствие даже после всего, что случилось?
– Это было прекрасное время для ожидания ребенка. Весна здесь бывает очень мокрой, дождливой, но это приятнее летней жары. Она вела себя лучше всего в это время, а после того как ты появилась, стала еще лучше.
Деннис мельком улыбнулся какому-то воспоминанию. Было странно думать, что он видел Холли новорожденной и, наверное, держал ее на руках и разговаривал с ней. То, что он мог смотреть на нее в прошлом, а она этого даже не помнила, заставило ее внезапно почувствовать себя уязвимой.
– Я думаю, она была рождена, чтобы стать матерью, – продолжил он, заставив Холли громко вздохнуть в знак несогласия. – Она была настоящей, – заверил он ее. – Я знаю, потом все стало сложно, но вначале она так сильно тебя любила. Это была – как правильно сказать – безумная любовь? Так правильно? Она так крепко тебя обнимала, что я боялся, что она тебе что-нибудь сломает.
Слезы потекли по щекам Холли, и она их решительно вытерла.
– Сандра любила тебя почти так же, как Дженнифер. И очень скоро сказала мне, что тоже хочет ребенка. Это было очень быстро, – признал он, – но я радовался, что она видит нас в будущем вместе, и облегченно вздохнул, поняв, что мой секрет остается секретом. Я поверил, что все произошло в страшном сне, а значит, я могу забыть, что это вообще было. Мы сразу начали пытаться, лето пришло и лето ушло.
Холли, перечитавшая письмо Сандры к своей матери так много раз, что могла рассказать его наизусть, уже знала, что эта часть истории закончилась. Деннис и Сандра много лет пытались построить семью, но судьба жестоко перечеркнула их планы. По крайней мере, Холли наконец начала понимать, почему Сандра не смогла простить Дженни. Как тяжело, наверное, снова и снова не получать того, что так легко пришло к твоей сестре-близнецу, а потом узнать, что мужчина, от которого ты хотела ребенка, был тем, кто дал ребенка ей. Несмотря на теплый вечер, Холли поежилась от озноба.
– Когда она сказала тебе? – спросила она, глядя не на Денниса, а на кусочки облупившейся краски на палубе и думая о том, что эта часть истории станет сложной для них обоих.
– На твой пятый день рождения, – начал он, нервно приглаживая свои седеющие волосы. – Сандра пыталась быть радостной, но она так устала от невозможности забеременеть. Я считал, что это однажды случится, но, похоже, она была готова сдаться. Та искра, которая раньше сияла в ее глазах, начала угасать. Она хотела, чтобы ты знала своего отца, и говорила Дженнифер, что это важно, ведь их собственный отец оставался важным для них человеком.